Эта история произошла в стародавние времена, настолько древние, что о людях той поры не сохранилось даже преданий и песен. Так давно это было, что кажется и люди-то жить в ту пору не могли. Но люди жили.
Таинственные незнакомцы
Среди бескрайних лесов скакали три всадника. Трое парней возвращались с ярмарки домой. Они впервые путешествовали одни, и им было весело. Парни скакали наперегонки, охотились, ловили рыбу, устраивали потешные потасовки между собой, купались, иногда пели. Лучше всех пел, конечно, Борин, у него были и голос – низкий, бархатистый, и слух. У Слава голос тоже был неплохой, хуже было со слухом. Но это его не останавливало, пел он громко, с воодушевлением.
Месяц назад они втроём: Слав, Иллар и Борин отправились из Холмограда с табуном из 15 лошадей. Отец Слава отправил его в Вышеград, где он должен был продать весь табун купцу Вериху, давнему торговому партнеру отца. В Вышеград они выехали вместе с большим торговым караваном из купцов и путешественников. Этот караван ежегодно формировался в конце весны для отправки из Холмограда на большую летнюю ярмарку в Вышеград. Слав впервые самостоятельно перегонял табун так далеко. Помочь ему вызвались Иллар и Борин, два его друга ещё с детских лет.
Лошадей они продали быстро. Погуляв три дня на ярмарке, решили возвращаться домой, не дожидаясь остальных. Великое торжище должно было продолжаться ещё неделю. У них же была тайная мысль поискать Лантид, таинственный город древних, давно заброшенный и, как говорили, почти разрушенный. Об истинной цели своей спешки, они, конечно, не сказали.
Верих пытался их отговорить. На дорогах безопаснее было ездить большими компаниями. Не советовал уезжать раньше и начальник каравана, который пообещал конезаводчику Фоке, отцу Слава, приглядывать за его 16-летним сыном. Однако, все вокруг говорили, что уже лет пять, как на дорогах спокойно.
– Ну, Чур с вами, поезжайте. – Сказал Верих. – Понятно, дело молодое. Хочется одним поскакать, порезвиться. С деньгами будьте осторожнее, да никто и не знает, что они у вас есть. Я всем говорил, что табун вы мне пригнали в счёт долга Фоки.
Отправляться в путь одним, без каравана, Славу было всё-таки страшновато, хоть он и старался не показывать это друзьям. Но дорога и вправду оказалась спокойной и, где-то на третий день пути, все страхи исчезли полностью.
Сейчас Слав не жалел об этом своём решении. Так хорошо ему, пожалуй, не было никогда. Парень огляделся вокруг, они приближалась к лесу. Солнце стояло высоко, пора было обедать.
– Ну вот, на опушке и передохнём, – обратился он к остальным. Так и сделали, подъехав к краю леса, быстро спешились, развели костер и начали готовить свою нехитрую трапезу. Борин ломал хворост и подкидывал его в костёр. Слав резал солёное мясо, репу и при этом с удовольствием поглядывал на Иллара. Тот возился у костра, добавляя в горшок с похлёбкой то соль, то масло, то какие-то травки. Дух от горшка шел необыкновенный. Так всегда бывало, когда стряпней занимался Иллар. Почти всегда, когда он готовил, в дотоле пустынной местности, появлялись люди, они подтягивались к костру, усаживались рядышком и с удовольствием поедали предложенное угощение.
