Глава 1. Пробуждение (18+).
В непроницаемом мраке царили тишина и безмятежность. Мартин ничего не чувствовал, ни о чем не думал. Суета бренного мира осталась позади, ничто не волновало его, не беспокоило, душа наконец обрела столь долгожданный покой и мирно плыла в потоке вечности. Вдруг другое течение налетело на него, подхватило и понесло за собой.
Безмятежность нарушили странные звуки, поначалу едва уловимые, будто он лежал на дне озера и слушал отголоски шума с поверхности, затем его потянуло вверх. Звуки становились громче отчетливее. Перед закрытыми веками слабо забрезжил свет, мир окрасился красным, появились запахи, а потом с дремлющего разума начала спадать пелена. Мартин попытался открыть глаза, но ничего не вышло, потяжелевшие веки не двигались, онемевшее тело не слушалось.
«Не могу пошевелиться. Что происходит? Я жив?» — удивился он. — «Не может быть!»
В его памяти отчетливо отпечатались последние минуты жизни: охваченное пламенем здание, дым, окутавший комнаты, люди, кричавшие от страха посреди бушующего огня. Он помог нескольким выбраться наружу, а сам рухнул в шаге от спасения, надышавшись едким дымом.
«Неужели меня спасли?» — обрадовался он, — «Но тогда почему вокруг было так тихо? Откуда эти странные звуки?»
Его размышления прервали громкие шлепки, раздававшиеся совсем рядом, и толчки, раскачивавшие тело. Шумное женское дыхание ощущалось совсем близко, казалось, он мог почувствовать его кожей.
«Мне делают искусственное дыхание?» — подумал Мартин. — «Медсестра? Не похоже. Делает неправильно… зато старается изо всех сил».
Несмотря на неумелую помощь, ему постепенно становилось лучше, к неподвижному телу возвращалась чувствительность, а через несколько мгновений Мартин смог, наконец, открыть глаза.
Вокруг царил полумрак, тусклые тени от свечи плясали на потолке. Полуголая женщина с распущенными волосами сидела на нем верхом, а ее ягодицы мерно хлопали по его бедрам, пышные груди вырвались на свободу из корсета и слегка подпрыгивали. Она не смотрела на Мартина, ее взгляд лениво скользил по резной спинке кровати.
— О, да. Ты просто жеребец, – монотонным голосом произнесла незнакомка, – Ты лучше всех. Да. Еще.
Ее дыхание сбилось от постоянных движений и приобрело легкий оттенок страсти, придавая словам немного убедительности. К сожалению, скучающее выражение на лице девушки портило весь эффект. В утешение она позволяла свободно любоваться своим телом, по которому водопадом струились каштановые пряди. Природа щедро одарила ее и в другой ситуации Мартин наслаждался бы видом, но сейчас лишь нахмурился.
