Глава 1. О пустых сундуках и меньшем из зол
Зеркало в массивной золоченой раме отражало совершенство, и я не собиралась с этим спорить. Я чуть повернулась, позволяя подолу платья цвета «шампань» взлететь вокруг ног. Шелк струился, идеально гармонируя с моими голубыми глазами и золотистыми локонами, над которыми стилисты колдовали битых два часа.
— Идеально, — промурлыкала я своему отражению, поправляя выбившуюся прядь. — Этернис сегодня падет к моим ногам.
Вечеринка у маркиза де Вейля обещала быть легендарной. Говорили, что привезут редкое вино с южных островов, а музыку будут обеспечивать настоящие сирены — что бы это не значило, ведь никаких сирен в помине не существовало. Я предвкушала ночь, полную танцев, флирта, завистливых взглядов соперниц и восхищенных вздохов кавалеров. Осталась лишь одна деталь.
Деньги.
Для игры в карты, щедрых чаевых лакеям и, возможно, покупки какого-нибудь милого артефакта у черных дилеров, которые вечно ошиваются на таких приемах, нужно было золото. Много золота.
Я подошла к своему тяжелому дубовому сундуку, инкрустированному перламутром. Моя личная сокровищница. Папа пополнял ее каждое первое число месяца, и механизм работал безупречно. Я приложила ладонь к замку, чувствуя привычное покалывание магии. Щелчок, и тяжелая крышка откинулась.
Я моргнула. Раз, другой. Потом наклонилась ниже, отказываясь верить глазам. Казалось, еще чуть-чуть и я залезу туда целиком.
Но сундук был пуст. Абсолютно. Девственно. Пуст. Там не было даже завалящей медной монеты, чтобы кинуть нищему. Только бархатная обивка цвета бордо, которая теперь казалась мне личным оскорблением.
— Это шутка? — мой голос дрогнул, и от этой вибрации хрустальный флакон с духами на столике жалобно звякнул. — Это какая-то дурацкая, несмешная шутка?!
Я начала лихорадочно перерывать комнату. Выдвигала ящики, вытряхивала шкатулки, заглядывала даже под подушки и в вазы с цветами. Ничего. Все мои тайники были опустошены!
Паника сменилась яростью. Горячей, обжигающей яростью, от которой воздух в комнате начал стремительно нагреваться.
— Папа!
Я вылетела из комнаты, хлопнув дверью так, что со стен посыпалась штукатурка. Каблуки стучали по мраморной лестнице, пока я совершала военный марш.
В столовой царила идиллическая, раздражающая тишина. Мама, высокая и холодная женщина, которую, казалось, вообще ничего в этом мире не трогало, лениво помешивала ложечкой чай, глядя в окно на сад. Отец, грузный мужчина с добрым, но усталым лицом, читал утреннюю газету «Вестник Этерниса».
Я ворвалась в комнату ураганом.
