Меня звали Морозом еще до того, как мир замерз.
В тридцать втором отделении Следственного комитета это была фамильная кличка. Морозов Андрей Николаевич, следователь по особо важным делам. Тридцать лет, майор юстиции, хронический недосып и пачка «Короны» в кармане броника. Коллеги говорили: «Мороз идет — трупы теплеют». Дурацкая шутка про то, что я умел разговорить даже мертвого.
Тогда это было фигурой речи.
Сейчас — единственный навык, который держит меня на плаву.
Тогда — это было три года назад. До Затмения.
Сейчас я сидел на корточках над телом в подвале заброшенной типографии на окраине бывшей Москвы. Светодиодный фонарь вырывал из темноты лицо — молодое, лет двадцать пять, с застывшим выражением дикой, нечеловеческой ярости. Глаза открыты, зрачки расширены так, что радужки почти не видно. Руки сведены судорогой, пальцы скрючены, ногти в кровь — драл бетонный пол.
Парня звали Костя. Три дня назад он ушел из нашего убежища на фармацевтический склад за антибиотиками. Ушел один, хотя я запрещал. Молодой, горячий, пробужденный второго ранга с классом «Берсерк». Думал, что ему море по колено.
Думал.
Я достал из разгрузки старый скальпель — еще с тех времен, когда мы могли позволить себе стерильные инструменты в морге. Костя был мертв уже минимум сутки, но это не имело значения.
Я закрыл глаза и включил навык.
Система отозвалась сразу — холодком под ложечкой и легким головокружением. Это цена активации. Каждый раз, когда я лезу в чужие последние минуты, я отдаю кусочек своей.
Перед внутренним взором вспыхнула алая надпись:
```
[НАВЫК АКТИВИРОВАН: АНАЛИЗ СМЕРТИ (УР. 3)]
[ЦЕЛЬ: ЧЕЛОВЕК (ПРОБУЖДЕННЫЙ, РАНГ 2, КЛАСС БЕРСЕРК)]
[ВРЕМЯ СМЕРТИ: 26 ЧАСОВ НАЗАД]
[ВОСПРОИЗВЕСТИ ПОСЛЕДНИЕ 60 СЕКУНД?]
[СТОИМОСТЬ: 5% ТЕКУЩЕГО РЕСУРСА "ОСТАТОК ЧЕЛОВЕЧНОСТИ"]
```
Я подтвердил.
И мир вокруг взорвался болью.
Я стал Костей на мгновение. Я видел его глазами — подвал, только темнее, потому что он еще не включил фонарь. Чувствовал его пульс — бешеный, 180 ударов, адреналин зашкаливает. Он кого-то преследовал. Нет — за ним гнались.
Рывок. Костя влетел в этот подвал, захлопнул тяжелую металлическую дверь. Ржавый засов. Лязг. Он прижался спиной к двери, тяжело дыша. В руке — монтировка, забрызганная чем-то черным.
— Ну давай, сука, — прошептал он. — Заходи.
Тишина. Секунда. Две. Пять.
А потом дверь просто... исчезла.
Не открылась, не вылетела от удара. Исчезла. Бесшумно. Будто ее никогда не было.
На пороге стояла ОНА.
Я не мог разглядеть лица — Костины глаза отказывались фокусироваться. Только силуэт. Женский. Высокий. Длинные волосы, которые, кажется, шевелились сами по себе, без ветра.
