Манфред: исповедь пришельца читать онлайн

О книге

Жанр:

космическая фантастика

Год издания неизвестен.

Номер издания: 978-5-389-33172-3.

Аннотация

НЕЗАКОННОЕ ПОТРЕБЛЕНИЕ НАРКОТИЧЕСКИХ СРЕДСТВ, ПСИХОТРОПНЫХ ВЕЩЕСТВ, ИХ АНАЛОГОВ ПРИЧИНЯЕТ ВРЕД ЗДОРОВЬЮ, ИХ НЕЗАКОННЫЙ ОБОРОТ ЗАПРЕЩЕН И ВЛЕЧЕТ УСТАНОВЛЕННУЮ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВОМ ОТВЕТСТВЕННОСТЬ

В один прекрасный (хотя как посмотреть) день в жизни Манфреда, 35-летнего программиста, несколько опустившегося, не

очень здорового, сильно разочарованного, довольно унылого, – в общем, типичного экземпляра вида Homo sapiens,– появляется пришелец по имени Цорргх.

На что этот неинтересный Манфред сдался представителю высокоразвитой цивилизации? Манфред вызвал сигнал межгалактической тревоги: он сам или кто-то поблизости подошел к ПРАВИЛЬНОЙ МЫСЛИ, которая может открыть людям существование инопланетных цивилизаций, а Земля до такого знания еще не доросла. Цорргх уже предотвращал подобные открытия, когда к ним вплотную подступали Босх, Декарт, Ада Лавлейс и Эйнштейн. Привести Манфреда в порядок, взять под контроль, изучить его окружение, сбить со следа и незаметно исчезнуть? Раз плюнуть. Но вскоре усовершенствованный и неожиданно для всех поумневший Манфред вновь встречает любовь своей юности Сабину, особу весьма непростую и с собственной миссией, и инопланетная операция под прикрытием превращается в рискованный для жизни и рассудка буйный балаган.

Томас Лер – одна из крупнейших и наиболее самобытных фигур литературы современной Германии, программист и философ, насмешник и эрудит, которого критики сравнивают с Томасом Пинчоном, а мы бы сравнили с Жауме Кабре. Его «Манфред: исповедь пришельца» – философский роман пополам с фарсом, сатира и притча, трагикомедия, поставленная на опилках цирковой арены. Высокоразвитые цивилизации взирают на комическое человечество с космических высот и беспомощно хохочут – а что им остается? Лучше смеяться, чем плакать.

Впервые на русском!

Все книги серии "Большой роман (Аттикус)"

Томас Лер - Манфред: исповедь пришельца

ООО «Издательство АЗБУКА», 2026 Издательство Азбука®

Оформление обложки Ильи Кучмы

* * *

Посвящается Дорле

Кроме людей, кто может знать печали?[1]
Лорд Байрон

Чем более постижимой представляется Вселенная, тем более она кажется бессмысленной[2].
Стивен Вайнберг

I. Внедрение

Манфреда Мы обнаружили в ужасающем состоянии. Единственная его голова лежала на клавиатуре складной вычислительной машины, его дыхание показалось Нам гнилостным, щетина превратила его подбородок в красноватый кактус. Чтобы не всполошить его и держать в узде, для наблюдения Мы открыли только глазок. От этого он проснулся, рывком поднял голову и уставился на свое жалкое жилище так, словно видит его впервые.

В том, что сейчас он испытывал ужас, ему следовало винить самого себя. Во времена Нашей последней миссии подобное запущенное логово человеки, вероятно, называли холостяцкой квартирой. На липком кухонном столе Мы нашли газету, местную провинциальную газетенку. Если она была сегодняшней, то все происходило в пятницу в конце второго десятилетия так называемого у человеков двадцать первого века.

Для начала Мы заставили Манфреда суетливо метаться по его дурно обустроенной квартире, будто он потерял и срочно должен отыскать что-то ценное. Однако Мы не обнаружили ничего, что позволяло бы предположить большой талант, выдающиеся способности, высший разум. В его время еще существуют книги, но полупустой стеллаж, который Манфред второпях покорно обшаривал для Нас, содержал лишь прискорбно бездарные опусы. Исключение составляли труды по экономике и горстка с виду зачитанных до дыр специальных книг по настройке вычислительных машин, и в них Манфред теперь рылся, словно когда-то засунул туда денежную купюру, – рылся для того, чтобы Мы могли увидеть, какого качества заметки он делал от руки. Надо сказать, весьма посредственного.

Побудив его просмотреть свои дневники и личные записи, учебные заметки и коробку из-под обуви с присланными ему письмами и открытками, Мы и там не нашли никакого указания на особое дарование или оригинальные черты его характера. То же самое касается, к сожалению, и его корреспондентов. В синей металлической шкатулке он обнаружил свое свидетельство о рождении – и побелел, увидев дату. Да, у него были все основания стыдиться! В тридцать пять лет он жил расхлябанно и как придется, не проявляя признаков хорошего вкуса или улучшения благосостояния.

Даже его физическая форма не делала чести мужской особи его биологического вида. Внушив ему настоятельную потребность сорвать с себя одежду, Мы втолкнули его в тесную ванную комнату, к узкому, но высокому зеркалу, которое – замызганное и с плохой подсветкой – показало среди пятен плесени его портрет в полный рост. Его лицо, мешки под глазами, опущенные плечи, неэстетично наметившийся живот, тощие руки и ноги, странно вывернутые наружу слишком большие ступни могли ошибочно навести на мысль, что перед Нами неправомерно выдвинутый на первый план второстепенный персонаж какой-нибудь картины с изображением Апокалипсиса: скрюченный грешник, чьи порочные привычки до того ослабили и изуродовали само по себе еще молодое, в сущности даже вполне пригодное к использованию тело, что оно годится лишь на то, чтобы ангел спихнул его в ад или один из красных чертей насадил на вилы. Нам вспоминается дело Иеронима Босха, которое Мы, проявив прямо-таки безграничное терпение, урегулировали цивилизованно, но раз и навсегда на шестьдесят шестом году жизни великого художника. Однако в набитом соломой мозгу Манфреда не проскакивает, похоже, ни одна провидческая искра, и эту солому Нам, вероятно, придется однажды поджечь, чтобы, по возможности, вывести на свет скрытых там персонажей.

С этой книгой читают