Август, 1981 год
В историческом центре города на перекрёстке стоял большой старинный дом, украшенный лепниной и гипсовыми скульптурами. Это было красивое здание с высокими окнами и величественным фасадом. Окна выходили одной стороной на оживлённый проспект, другой — на тихий переулок.
Дом имел не один вход в подъезд, а два — парадный и запасной, который ещё называли чёрным ходом. Во времена постройки этого дома, парадный вход был для хозяев и господ — его ступени украшали ковровой дорожкой, а чёрный ход предназначался для слуг и кухонных работников.
Но те времена давно прошли, и сейчас это был обычный многоквартирный дом, в котором жили разные люди — иногда по несколько семей в одной квартире. Такие квартиры назывались коммунальными.
Ходили слухи, что руководство города планирует расселять исторические дома, и семьям предоставят отдельные квартиры. Об этом говорили уже несколько лет, но пока никто не начал реализовывать этот план. Поэтому люди жили, общались и обсуждали будущий переезд, в который сами не особо верили.
Нина Глушко больше всех хотела переехать. У них с мужем, двумя детьми и отцом была всего одна комната в коммунальной квартире. Нинин муж начал выпивать с соседом дядей Васей, и это Нине особенно не нравилось. Она задыхалась от быта и неустроенности и поэтому всеми силами старалась приблизить переезд.
Нина писала в различные инстанции, собирала подписи, лично ездила на приёмы к народным депутатам. И вроде бы Нине никто не отказывал. Депутаты кивали головой, соглашались с её доводами и даже поставили в очередь на улучшение жилищных условий. Но дальше дело никак не двигалось. Ей говорили, что желающих слишком много, поэтому очередь слишком большая, и никто не гарантирует, что всё решится в ближайшие годы. Возможно, придётся ждать десятилетие, а то и не одно.
Нина злилась, сердилась, требовала, умоляла, но чиновники разводили руками — расселение дома зависит не от нас. Они бы и рады предоставить квартиры, но на всех желающих не хватает. В последнее время мало строят новые дома, да и то всё чаще кооперативные.
Нина обиделась на чиновников, депутатов, и вообще на весь мир. Она обозлилась и долгое время ходила молчаливая, погруженная в свои мысли. Соседям даже показалось, что Нина смирилась и успокоилась.
Однажды на работу пришла женщина, гадающая на картах. Нина была одной из первых, кто записался к ней на приём. После сеанса Нина словно ожила. Снова стала активной и деятельной. Нина ни с кем не поделилась, что ей рассказала гадалка, но с того дня увлеклась эзотерикой.
