На дворе стояла весна – то необыкновенное время года, когда вслед за первым майским громом внезапно приходила жара. В воздухе кружил удушающе-сладкий аромат цветущих деревьев, пьянил и дурманил, толкая на необъяснимые поступки.
Пенсионерка Варвара Сергеевна обожала весну. С упоением ждала она наступления тепла, отслеживая прогноз погоды на специальном сайте в интернете. Периодически заказывала импортные семена по модным каталогам для садоводов-любителей, выращивала рассаду на подоконнике под специфическим светом фитоламп. И в один из дней собиралась и уезжала на дачу, где проводила дни и ночи напролёт, пока не вспоминала, что в подмосковной квартире тоже есть дела. А до тех пор с остервенением фанатика возилась в земле: копала, полола, окучивала. Опрыскивала кроны деревьев, подрезала неугодные ветки. Ни минуты не сидела на месте – не тот характер, чтобы бить баклуши.
Однажды, занимаясь уборкой в саду, Варвара Сергеевна заметила странный сорняк у забора, в дальнем углу около раскидистого орешника. Она была готова поклясться, что ещё вчера лужайка там пустовала. Растение напоминало лопух. Мясистые листья, собранные в розетку, причудливо изгибались в разные стороны. Плотные у стеблей, они истончались к краям до состояния папируса и безжизненно ниспадали на землю. Издалека растение походило на раскрытый купол зонтика, изрядно потрёпанного ветром.
Варвара Сергеевна потёрла глаза рукавом халата, зажмурилась и снова потёрла. Лопух не исчез. Не прополола, пропустила? Не уследила? И на старуху бывает проруха. Возраст, как-никак. Ровесницы давно обивают пороги кабинетов неврологов, пьют таблетки для мозгов, стопками разгадывают кроссворды и даже (кто бы мог подумать!) записываются на курсы иностранного языка, лишь бы остаться в своём уме и трезвой памяти. Ей тоже пора.
Она достала из кармана очки и нацепила на нос: так и есть, лопух. Странный какой-то, воняет гнилью. И когда он успел настолько вымахать?
