Глава 1. День, который мог бы быть любым
Илья Кравцов проснулся не сразу. Сначала почувствовал холод от стены, к которой прижался во сне. Потом тоненькая полоска солнечного света попала прямо на веки, и плечо дернулось в недовольном движении. Желтые жалюзи висели на одном шурупе – руки до них так и не дошли – поэтому один сегмент всегда опускался чуть ниже остальных, пропуская в комнату утренний луч.
Жилое пространство представляло собой маленький закуток, напоминающий склад того, что когда-то жалко было выбросить. Письменный стол у стены давно утратил свежесть: царапины, потертости, вкрапления пыли. На поверхности вперемешку валялись провода, блокнот с криво нарисованными схемами, флешка, отломанная крышка от старого системного блока и несколько монет, которые парень почему-то всё время откладывал "на потом".
Системник стоял на полу – старый, с прогибающейся боковой крышкой, которую молодой человек так ни разу и не прикрутил. Пыль внутри набилась такой плотной массой, что казалось стала частью конструкции. У монитора в правом нижнем углу давно умер один пиксель – красная точка едва заметно мерцала на тёмном фоне.
Телефон лежал на стуле рядом с кроватью. Илья взял устройство, нажал кнопку. Экран вспыхнул, но в статус-баре мигал перечеркнутый значок сети.
Пару свайпов вниз – тот же результат. Аппарат вернулся на стул, на свое законное место отдыха.
Парень нехотя поднялся. Матрас под ним продавился тихо хрустнув – пружины давно отслужили. На полу валялись носки, в которые получилось попасть лишь с третьей попытки. Подошвы ног шлепнули по линолеуму, когда он вышел из комнаты.
На кухне висел тяжелый запах вчерашней жареной рыбы – отец любил приготовить что—нибудь из местной речушки, под пиво и футбол, и в холода никогда не открывал окно, чтобы "тепло не уходило". Воздух стоял плотный, словно пропитанный маслом. Илья машинально распахнул форточку, впуская холодный утренний ветер.
На холодильнике висела записка, приклеенная магнитом: "Купи молоко. Пожалуйста, вынеси мусор."
Магнит снялся, записка побыла в руке пару секунд, затем вернулась обратно – маленький ритуал, без которого утро совершенно не складывалось.
На столе стояла тарелка с крошками, которую вчерашний он обещал себе помыть утром. Рядом – кружка с засохшим слоем чая на стенках. Налил воду, чертыхнулся – чайник опять заискрил контактом, и парень привычно ударил по корпусу. Чайник затих и зашипел ровнее.
