1.Мечты и тени
Сквозь золотистую степь неспешно вилась река Арыс, мерцающая под утренним солнцем. Вода её была прохладной и чистой, отражая безоблачное небо. В устье реки паслось стадо лошадей — статных, грациозных, с густыми гривами, развевающимися на лёгком ветру. Они неторопливо шагали по мелководью, иногда фыркая и взбивая копытами серебристые брызги.
Чуть поодаль стоял высокий, крепкий юноша с загорелым лицом и уверенным взглядом. Жанибеку было около двадцати пяти, и годы работы в кузнице сделали его плечи широкими, а руки — сильными. Он зачерпнул воду, но не спешил уходить, наблюдая за лошадьми. Его взгляд задержался на одной — изящной тёмно-гнедой кобыле с блестящей шерстью и гордой осанкой. Вожак стада то и дело останавливался рядом с ней, обнюхивал, отгонял приближающихся жеребцов, словно давая понять, что она — его.
Жанибек усмехнулся. Этот дикий табун напомнил ему о недавней встрече на рынке. Айсулу. Такая же статная, с той же жгучей тёмной красотой. Он видел, как она выбирала ткани, сдержанно улыбаясь купцам, но взгляд её был строгим, даже слегка надменным. Простой парень, ученик кузнеца, не мог рассчитывать на её внимание. И всё же он не мог забыть, как ветер играл с выбивающимися из-под покрывала прядями ее волос. Он вздохнул, подхватил вёдра и медленно направился к городу.
Дорога к городу тянулась через степь, расчерченную редкими кустами полыни и низкими холмами. Песчаная тропа была истоптана копытами лошадей, ослиными подковами и подошвами жителей, спешащих на рынок. Под ногами поскрипывали мелкие камешки, а теплый ветер приносил запахи — сухой травы, далёких костров и пыли.
Жанибек шагал размеренно, чувствуя, как кожаные ремни от ведер врезаются в ладони. Мысли его снова вернулись к Айсулу. Дочь самого правителя города. Принцесса Отрара, если так можно было сказать. Росла ли она в роскоши? Скорее всего. Её отец был человеком властным, а семья — знатной и богатой. Её лицо почти всегда было скрыто под покрывалом, но те, кто видел ее, говорили, что она красива, как степная луна.
Но для Жанибека она была не просто далеким идеалом. Он видел её несколько раз на рынке, когда она выбирала ткани и украшения, словно обычная девушка, а не наследница знатного рода. Он замечал, как строго, но уверенно она разговаривала с купцами, как внимательно изучала узоры шелка, проводя по нему пальцами. Эти движения были грациозны, продуманы, будто она знала себе цену. И всё же, была ли она счастлива? Или её свобода была такой же иллюзией, как тень облака, пробежавшая по степи?
