ГЛАВА 1
Кощей на меня глядел до того горько да устало, что хоть плачь. А все истошный ор Ивана под стенами замковыми. И вот ведь жалость – дурака, а не царевича.
– Кощей! Выходи на смертный бой!
Я на всякий случай руки в бока уперла и вопрошаю:
– Выйдешь?
Ежели получит герой бестолковый да хотя бы дрыном поперек хребтины, на день уж точно уймется, пока отлеживаться будет.
– И в мыслях не было, – без колебаний малейших Кощей отозвался. Он-то как раз дураком не был. – Много их таких ходит и в ворота разве что не головой бьется. Много чести к каждому выходить. И на кой ты им далась, девка деревенская?
В голосе злодея обида да негодование звенели. Ну оно и понятно, даже и не чаял ворог, что кому-то в голову придет вызволять меня из полона. А вон оно как обернулося: кто токмо к логову колдовскому за мной не являлся – и просто добры молодцы из сел окрестных, и купцы, и даже парочка богатырей заглядывала. Правда, богатыри те в итоге перепились со стражей Кощеевой вусмерть и на следующей день о девке-полонянке в замке черном и думать забыли. Но прочие за меня сражаться рвались!
– А тебе я на кой понадобилась? – осведомилась я у хитителя своего.
Тот закатил глаза жуткие, светлые и застонал сквозь зубы.
– Так ты же искусница! А у меня в замке без женской руки порядка нет!
Вот вечно они все так: в доме прибери, обед приготовь, полотна натки, рубахи вышей… На меня на хуторе нашем оттого и заглядывались, что на все руки мастерица. А что статная, да пригожая – так кому моя краса надобна? Никому. Девок красных, поди, в великом достатке на свете белом имеется.
Но у Кощея хоть прислуга есть, а я над ней верховожу. Отдали б меня за Ивана, уже бы спину надрывала. Ванюша-то с батюшкой и матушкой живет, хозяйство у них большое, а батраков не держат – больно прижимисты. А меня на хуторе недаром Искусницей прозвали, а не дурой: маловато счастья быть заместо ломовой лошади.
Все на воеводиного сынка заглядывалась, что из крепости к нам заезжал, да тот был горазд на сеновал вести, а не в храм. Дворянской крови – поди, крестьянка ему в законных женах без надобности.
Он меня разочаровал, я – его.
– Так скрал бы царевну али боярскую дочку. Ну, на худой конец, дочку купцову. И женился бы заодно. А то что же мне, так в девках и помирать тута?
И снова Кощей вздохнул горестно, взгляд отвел.
Женская рука ему требовалась, а вот жена – нет. Бобылем колдун жил и баб сторонился. Одно слово – сдыхоть.
– Кощей, выходи! Биться будем!
Сегодня Иван-дурак орал особливо громко и с превеликим воодушевлением.
