Глава 1. Трон из багрового камня
Вечность пахла озоном, старой кровью и застывшим воском. В королевстве Кровь не было солнца — оно умерло вместе с последним бастионом людей пятьсот лет назад, оставив после себя лишь пепельную взвесь в верхних слоях атмосферы, которая теперь служила жалким подобием облаков. Небо над столицей, высеченной прямо в теле базальтового континента, всегда имело цвет запекшейся венозной крови: темно-лиловый, тяжелый, давящий на глазницы даже сквозь толщу зачарованного хрусталя дворцовых сводов. Здесь царила вечная ночь, но это была не уютная темнота южной земли, а глухая, абсолютная слепота подземелья, где единственным источником света служил холодный магический огонь.
Аделия сидела на Троне из Багрового Камня.
Сам трон был чудовищным произведением искусства, монументом чужой боли. Его вытесали из единого куска редкого минерала, который питался исключительно эссенцией казненных предателей. Камень пульсировал едва заметным внутренним светом, впитывая эманации страха. Подлокотники представляли собой переплетенные шеи каменных горгулий, чьи пасти вечно были раскрыты в беззвучном крике, а спинка возвышалась за спиной королевы острым шпилем, пронзающим иллюзию потолка. Металл креплений — мифрил, закаленный в драконьем пламени — остыл тысячи лет назад, но Аделии казалось, что он до сих пор хранит мертвенный холод первого убийства, совершенного ради власти. Сидеть на нем означало сидеть на костях собственной истории. Она занимала этот пост уже триста сорок два года, если верить песочным часам в Зале Тысячи Казней, где песок заменяли истолченные кости мятежных баронов.
Ее пальцы, длинные, бледные, похожие на ветви зимнего дерева, бездумно поглаживали подлокотник. Ногти цвета воронова крыла оставляли на шероховатой поверхности едва слышный скрежет. На ней не было ни короны, ни диадемы — высшей властью вампиров был сам разум, способный ломать чужую волю одним взглядом. Ее волосы, черные как первородная пустота, тяжелой волной стекали по обнаженным плечам и спине, скрывая шрамы от старых дуэлей. Кожа королевы обладала той самой пугающей, почти фосфоресцирующей белизной, которую поэты-люди когда-то называли лунным саваном. Платье из черного шелка струилось вокруг ее неподвижного тела подобно нефти, не отражая, а поглощая тусклый свет магических сфер. Единственным ярким пятном на ней был рубин на горле — кулон «Слеза Каина», вплавленный прямо в плоть много веков назад. Он медленно пульсировал в такт биению ее холодного сердца, которое билось раз в три минуты, перекачивая по венам густую, почти черную жидкость.
