Глава 1. Семьдесят два часа
Я смотрела на распечатку ровно столько, сколько нужно, чтобы понять: это не ошибка. KONTRON COM EXPRESS COMPACT MODULE 6004. СНЯТ С ПРОИЗВОДСТВА. АНАЛОГИ НЕ СЕРТИФИЦИРОВАНЫ. Красным. Крупным шрифтом. Как будто кто-то специально хотел, чтобы мне было больнее.
– Марго, я перепроверил три раза, – сказал Дима, стоя в дверях лаборатории с видом человека, который принёс плохие новости и теперь не знает, куда деть руки. – Это действительно он.
Я положила лист на стол. Потом взяла снова. Потом снова положила.
– Дима. Этот модуль стоит в единственном экземпляре, который мы уже спаяли в плату «Горизонта». Замена платы – восемь недель. У нас семьдесят два часа.
– Я знаю.
– Никаких складских остатков у официальных дистрибьюторов.
– Я знаю.
– Значит, нам нужен серый рынок.
Дима промолчал. Это был тот особый вид молчания, когда человек согласен, но не хочет произносить это вслух – боится сделать ситуацию реальнее.
Я встала и подошла к окну. За стеклом лежал промышленный квартал на северной окраине Петербурга: корпуса, антенные решётки на крышах, строительные краны вдали. Я работаю здесь восемь лет. Знаю этот вид наизусть – каждый кран, каждую трубу. И никогда раньше он не казался мне таким равнодушным.
«Горизонт-7». Система радиоэлектронной борьбы нового поколения. Первая в мире, построенная полностью на отечественной элементной базе. Почти полностью. Вот это «почти» и смотрело на меня сейчас красным шрифтом с листа бумаги.
– Собери всех, – сказала я. – Есть три варианта, и ни один мне не нравится.
Нас было шестеро в малой переговорной. Дима Ярцев – схемотехника, лучший, которого я знаю, хотя он сам в это не верит. Катя Вершинина – программист встроенного ПО, человек, который может спорить с компилятором и побеждать. Андрей Хмель – тестирование, молчаливый и дотошный, находил баги в местах, где их, по законам физики, не должно было быть. Рустам Нурмагамбетов – снабжение, мог найти любую деталь быстрее поисковика и дешевле каталога. И Соня – моя стажёрка, двадцать три года, три месяца в команде, немецкий язык как родной.
Я написала на доске три строчки.
– Первый вариант: находим рабочий Kontron 6004 на сером рынке за семьдесят два часа. Рустам?
Он покачал головой с видом человека, которого спросили, можно ли допрыгнуть до луны.
– Уже звонил. В России – ноль. В Европе – три штуки, все у перекупщиков. Один согласен продать, но цена в шесть раз выше каталожной, и доставка пять дней минимум.
