Приёмник на приборной панели «Сварливой Вдовы» ожил первым — зашипел, хрюкнул и выплюнул в тесный мостик обрывок галактического радио.
— ...повторяем: Доминион Веги выступил с официальным заявлением по инциденту в системе Прайм-четыре. Представитель Инквизиции назвал действия Лиги «нарушением пятнадцати статей Конкордата» и пообещал...
Ясон Корвин перегнулся через подлокотник командирского кресла и убрал громкость до едва слышного бормотания. Диктор ещё бубнил что-то про санкции и красные линии, но мостику было плевать. Мостик пах перегретой смазкой и кофе, который Тэлла заварила час назад и забыла выпить. Кофе остыл до состояния моторного масла.
— Ещё раз, — сказал Ясон. — Медленно, как для Бруно.
— Я слышал, — донеслось из переговорника. Голос у Бруно был обиженный, но не слишком. Переговорник висел у него на поясе где-то в абордажном отсеке, и сквозь помехи пробивался металлический лязг — Шкаф проверял крепления десантных костюмов.
— Ты слышал комплимент, — отозвался Ясон. — Повторяю план.
Тэлла Вон стояла у тактического стола, скрестив руки на груди. Рыжие волосы ёжиком топорщились надо лбом — она сама стригла их раз в две недели машинкой, которую Жмых позаимствовал из ветеринарного набора. На голографической проекции перед ней висела станция — трёхмерная схема, собранная Матильдой из обрывков навигационных данных и пары анонимных сводок. Станция называлась «Кассия-Двенадцать» и принадлежала Меркантильной Лиге. Принадлежала — громко сказано. Лига держала там перевалочный склад и заправочный узел, охраны — минимум, таможни — ноль. Четыре стыковочных рукава, два жилых уровня, один грузовой трюм, опечатанный склад в кормовом секторе. Восемьдесят семь человек персонала, из которых шестьдесят — гражданские техники. Идеальная цель для быстрого налёта. Плевое дело.
Ясон знал, что «плевое дело» — это первые два слова на надгробии любого пирата, который дожил до тридцати.
— Заходим с девятого вектора, — он ткнул пальцем в проекцию. Палец прошёл сквозь голограмму грузового трюма. — Матильда глушит их сенсоры пакетом помех. «Вежливый стук», протокол пять. Чтоб они решили, что у них просто барахлит оборудование.
— Протокол пять, — повторила Матильда с потолка. Голос у корабельного ИИ был такой, каким обычно разговаривают учительницы средней школы после двадцати лет стажа: усталый, терпеливый и готовый в любую секунду перейти к сарказму. — Превосходный выбор, капитан. Протокол пять имитирует помехи от солнечной активности. Вероятность, что они купятся, — семьдесят три процента. Вероятность, что у них окажется техник с мозгами и он опознает искусственный характер помех, — двадцать семь. Вероятность, что мы все погибнем в перестрелке, которую вы не предусмотрели, — я пока считаю.
