Звезды всегда сияют ярче на рассвете.
Даже если они – всего лишь голограмма.
Замечательный вечер для легкой прогулки. Молодая пара, держась за руки, шла по аллее из искусственных деревьев. Сегодня они выглядели, как всегда, одинаково: крепкий ствол, имитирующий древесину, несколько аккуратных ветвей и множество зеленых листьев с мелькающим сквозь них безжизненным солнечным светом. Девушка вздохнула, зажав ладонь мужа сильнее.
— Сегодня здесь пахнет иначе. Похоже на тот самый «запах после легкого осеннего дождя», о котором пишут в книгах.
Генри посмотрел на нее с улыбкой. В парке вечером немноголюдно, поэтому он мог позволить себе любоваться Марией дольше обычного. Прохожие часто наблюдали со стороны за их настоящей любовью и чувствами, и эта черта раздражала его в людях. Оглянувшись еще раз, чтобы убедиться в отсутствии посторонних, он быстро наклонился к жене, оставляя на макушке легкий поцелуй.
— Знаешь, Мари, я живу в Сфербазе 27 с рождения, и я никогда не чувствовал в этом парке ничего подобного, — Генри проводил Марию к широким деревянным качелям. — Но если тебе так нравится этот ароматизатор, то я непременно напишу деятелям погоды, чтобы в нашем районе его включали чаще.
Девушка опустила голову на его плечо и прикрыла глаза. Механические птицы прятались среди деревьев, напевая незамысловатую песню. Ей нравился их почти живой неидеальный вид, похожий на самых настоящих птиц из истории «Наземного мира».
— Может, они обновили погодную систему?
Она посмотрела на него с озорством. Тогда Генри не упустил возможности поцеловать ее в щеку.
— Было бы здорово. А то «запах леса» и «свежей листвы» уже знатно наскучили.
Мария рассмеялась. В фальшивом звуке природы она была самой живой и настоящей. Для Генри не существовало ничего более привлекательного, чем ее милые черты лица, каштановые короткие волосы и добрый, всегда понимающий взгляд. Он любил ее искренне, всем сердцем, ускоряющим ритм каждый раз, когда она улыбалась. Коснувшись ее запястья, Генри мягко провел по нему кончиками пальцев, щекоча бледную кожу.
— Пойдем домой? Скоро стемнеет.
— И ты снова заботишься о моем здоровье, да?
Генри усмехнулся и, казалось, почти даже не удивился ее вопросу. Поднявшись с качелей, он протянул ей руку, чтобы помочь подняться.
— Я не хочу, чтобы ты замерзла. Скоро начнут убавлять температуру, а я, как назло, забыл прихватить куртку.
Она вложила свою ладонь в его, параллельно перебирая пальцами свободной руки дно сумочки в попытке что-то найти. Девушка не смотрела на мужа всего мгновение, но даже этого хватило, чтобы смерть успела запечатлеть свой поцелуй на лице Генри. Его кровь брызнула на легкое небесное платье. Мария замерла, потрясенная тем, что та была настоящей. Это не птица, вдруг вышедшая их строя, и не дерево, у которого надломилось часть конструкции – это человеческая кровь.
