[Арка VI: Прозрение]. Глава 1
– Неправильно. – Зорак легонько стукнул по «моим» пальцам, сложившимся в совершенно незнакомые, но отчего-то отдающие чем-то ностальгическим знаки. – Забудь об этих рунах, мальчик. Они запрещены на территории Империи.
– Но мама…
– Неважно. – Резко оборвал «меня» капеллан. – Такое колдовство запрещено. Запомни это, если хочешь выжить и стать сильным…
Я стоял чуть в стороне, подперев спиной ствол могучего дуба, и пристально следил за происходящим, медленно складывая «еретические», но кажущиеся такими родными знаки.
Ничего сложного – лишь то, что мог запомнить ребёнок. Основы. Базис наподобие элементарных магических конструктов Ордена. Не что-то злое, опасное или плохое. Просто инструмент, который когда-то давно заклеймили запретным искусством, потому что он не вписался в узкие догматы «правильной» магии.
Я понимал, зачем это делалось, ведь всё плохое неизменно рождалось из лучших побуждений, чаяний и надежд. Но мог ли я принять это? Принять добровольный отказ от силы, которой, как показала практика, никогда не бывает много? Нет.
Поэтому я наблюдал, старательно повторяя все увиденные жесты и запоминая слова, которые Зорак вытягивал из моей маленькой, очень глупой в силу возраста копии.
Так продолжалось третьи сутки.
День начинался, когда «маленький Даррик» просыпался, и заканчивался, стоило ему сомкнуть глаза. Промежутков между днями не было, но я здесь и не уставал.
Даже наоборот: разум казался невероятно острым, схватывая всё на лету… или восстанавливая давным-давно забытое.
Нельзя, запрещено, забудь – эти три слова регулярно звучали в разных вариациях, вытесняя и затмевая всё то, что капеллан считал опасным.
А опасность он видел во всём, что хоть немного походило на ересь.
Хотя сам он, судя по оговоркам Орэна, брезговал только самыми мерзкими и грязными чарами. Даже у «меня» он сначала в деталях вызнал и записал всё, что касалось семьи и способностей матери-колдуньи, прежде чем начать искусно перекрывать запретные знания чем-то новым.
Как? Уроками, объяснениями, новыми впечатлениями. Стандартная практика, о которой я лишь читал, работала именно так.
Выкорчевать или оттенить самые яркие «пятна», прежде чем накладывать на воспоминания печать – обязательный этап, без которого блок не продержится сколь-нибудь долго.
В случае с ребёнком такая печать и вовсе должна была быстро стать чем-то от разума неотделимым… но по какой-то причине этого не произошло, с чем мне ещё только предстояло разобраться.
А сейчас я лишь наблюдал, запоминал и анализировал, стараясь не думать о том, что происходило с моим телом в реальном мире.
