Книга 4. Искажение 9
Глава 1. Границы белого шума
Прошло пара дней загородной жизни в этой бесконечной, ослепительно снежной зиме. Время за пределами города текло совсем иначе — оно тянулось лениво, баюкало своей тишиной и заставляло поверить, что весь остальной мир с его сессиями в вузе и шумными улицами просто перестал существовать. Окружённый вековыми соснами деревянный дом бабушки, прочно стоящий на выжженной когда-то молнией земле, казался островком абсолютной безопасности. Но Эвелина знала: эта безопасность — всего лишь хрупкая иллюзия.
Снаружи бушевал хрустящий мороз, а внутри дома печь, которую Демьян теперь топил регулярно, наполняла комнаты сухим, уютным теплом и мягким треском поленьев. Со стороны они выглядели как идеальная влюбленная пара, сбежавшая ото всех в свою личную зимнюю сказку.
Каждое утро начиналось одинаково. Демьян просыпался бодрым, сияющим той самой пугающей, бьющей через край жизнью, которой его щедро одаривала демоническая руна Первого. Он целовал Эви, готовил завтрак, шутил и то и дело звал её с собой на тренировки. Демьян светился от счастья, искренне веря, что его невероятный физический подъем и обострившийся ум — это результат его великой, чистой любви. Он жил внутри своего идеального обмана, тщательно скрывая, что сам заключил сделку с Высшим демоном, лишь бы обладать своей Эви.
Эвелина подыгрывала ему. Она ласково улыбалась, хвалила его силу, принимала его заботу, но внутри неё с каждым часом всё сильнее разрастался ледяной узел тревоги. Её ведьминская кровь, отравленная первобытной чернотой Первого после их безумной огненной ночи, чутко реагировала на малейшие изменения в атмосфере. А изменения происходили.
В последние два дня Эви начала ловить себя на странном, давящем ощущении. Воздух в доме периодически становился слишком плотным. Ей казалось, что сквозь привычный белый шум зимнего леса и треск дров в печи пробивается чужеродный, едва различимый гул. Какой-то рваный, зловещий шепот.
Сначала она списывала это на усталость и истощение после сессии — ведь она действительно сильно похудела, и её собственная энергия таяла на глазах, высасываемая и учёбой, и Первым, и самим Демьяном. Но сегодня, стоя у окна на втором этаже и глядя на падающие хлопья снега, Эви замерла.
Она перевела взгляд на Демьяна, который внизу, во дворе, с легкостью раскидывал лопатой огромные сугробы. В какой-то момент парень резко остановился. Лопата замерла в его руках. Демьян судорожно схватился за голову, его плечи напряглись, а по телу прошла едва заметная, но сильная дрожь. Это длилось всего секунду — затем он тряхнул головой, глубоко вздохнул и как ни в чем не бывало продолжил работу.
