Острые вершины, словно облитые жидким золотом, полыхали в ярком зареве уходящего на отдых светила. Горные склоны утопали в вечернем мареве, а воздух, полный холодной свежести, был прозрачен и чист.
Здесь, почти на самом пике Альтира, куда не поднимется даже крылатое создание, стояла звонкая тишина, нарушаемая разве что порывами ветра и срывающейся вниз каменной галькой.
Величественный хребет Дыхание Мира тянулся вдоль всего континента, возвышаясь своими пиками над облаками и спускаясь подножием ниже уровня моря.
Эту вселенную не населяли мыслящие существа. Дикая необузданная природа, в своем первозданном виде буйствовала и полноправно властвовала среди просторов далекого от центральных миров уголка под названием Дилтан. И лишь в утраченных ныне сказаниях упрямый искатель смог бы найти упоминание об этих местах.
Сидя на скалистом выступе, Мирэй задумчиво смотрела сквозь проплывающие ниже, похожие на клубы пара, облака и кидала мелкие камешки в раскинувшуюся перед ней бесконечную пропасть.
Не то чтобы сейчас она ощущала абсолютное умиротворение, но все же это место было единственным, где чувство покоя преобладало над мрачными мыслями и сглаживало горечь воспоминаний, обид и злобы.
Ветер трепал ее длинные темные волосы, забранные в хвост на самой макушке, и широкие рукава рубахи. Сейчас, в лучах заходящего солнца, девушка была особенно хороша.
Мирэй не принадлежала к числу тех ослепительных красавиц, перед которыми принято замирать в благоговейном восхищении. Но в самой ее стати, движениях, даже взгляде угадывалось истинное, неподдельное аристократическое достоинство. Высокий чистый лоб, темные и, словно влажные, как у лани, широко распахнутые глаза, изящный изгиб бровей и коралловая снисходительно-небрежная полуулыбка – все в ней говорило о древности и благородстве ее рода.
Одеяния девушки не отличались особой роскошью, но и за простолюдинку ее никто не посмел бы принять. Серая мужская рубаха с острым воротником, широкими рукавами и высокими манжетами была зашнурована ниже ключицы и отчасти приоткрывала манящую глаз ложбинку. Украшенный серебряной вышивкой и меховой отделкой на плечах сюрко (прим. сюрко – верхняя двойная накидка) мягкими складками ниспадал на бедра, но не прикрывал колени. Узорчатый пояс дважды охватывал ее талию и свисал короткими кистями с правого бока. Узкие кожаные штаны, заправленные в высокие сапоги с чернеными пряжками, плотно облегали стройные, сильные ноги.
Широкие браслеты на запястьях в виде цепей позвякивали в такт ее движениям, а золотые, серебряные и хрустальные их звенья ловили на себе вечерние лучики светила, отражая их цветными звездами искр. Два перстня с массивными алыми камнями украшали ее руку, подчеркивая красоту длинных пальцев.
