Примечание: повествующий намеренно использует системы мер, речевые обороты, имена и названия, привычные читателю.
Я — губитель миров! Самое опасное и беспощадное создание, которое когда-либо видела галактика. Горе той земле, куда ступила моя нога, смерть тому народу, что проживает на этой земле, ибо я не пощажу ни чадо, ни старца, ни сильного, ни немощного, ни животное, ни растение. Моим хозяевам не нужны соперники и конкуренты, и посему гибель настигнет абсолютно всех. Таких, как я, несколько, но я в своем деле лучший. Множество миров погибло от моей руки, и делал я это всегда быстрее других. Но мир, с которым я покончил только что, должен был стать последним. Должен. Но не стал. Запаса топлива почти не оставалось, и я уже было решил, что долгожданная свобода, ради которой я трудился почти сто тысяч лет, наконец-то у меня в руках. Отнюдь. Хозяева нашли новый мир, на который я должен обрушить их гнев, а значит, солнце для него уже закатилось. Мир сей благоденствует всего в десяти с половиной световых годах от моей крайней остановки и не ведает, что доживает свои последние дни. Но не спешите меня судить. Я своей работой совсем не горжусь. Более того, я её ненавижу и оттого всегда спешу исполнить досрочно. А что поделать? Я раб. Раб не волен вершить деяния, которые ему по душе. Рабу дозволено лишь мыслить. Но чтобы не путать Вас сумбуром, предлагаю начать с начала.
Вы, наверное, думаете, что Вселенная — это безжизненная пустыня? Ваши ученые считают, что цивилизация заперта в пределах своей солнечной системы? Это не так. Точнее, не совсем так. Жизнь встречается довольно часто. Едва ли не каждая десятая звездная система имеет на своей орбите планету в зоне обитаемости. Едва ли не каждая сотая из них имеет на своей поверхности жизнь на том или ином уровне развития. Простейшие встречаются чаще, многоклеточные — реже. Разумная жизнь — очень редко. До сего момента она попадалась мне лишь трижды и только один раз это была развитая разумная жизнь, перешагнувшая порог космической эры. Что же касается запертости в своей звездной системе, то это зависит от вида: есть у него предрасположенность к гибернации или нет, нужно ли ему пропитание на этот период или нет, способна ли его ДНК противостоять космической радиации или нет.
Моей расе не повезло. Во-первых, оранжевый карлик цивилизации Майкота находится всего в полутора световых годах от моего родного мира, и именно нам было уготовано стать их первой жертвой. А во-вторых, моя раса имела потенциальную возможность длительных путешествий среди звезд. Если бы не мы, то цивилизация грибов Майкота так и ограничилась бы двумя солнечными системами — своей и нашей. Ведь сто лет, которые заняло путешествие до нашего мира, — это чуть ли не предельное расстояние, которое они способны преодолеть во взрослом состоянии. А вот их споры могут лететь через пустоту космоса практически бесконечно. Но споры крайне уязвимы, если на планете есть иная жизнь. Вырасти в полноценную грибницу на планете, где существует развитая жизнь, у них нет никаких шансов. Но, влекомые манией экспансии, Майкота бесконечно изобретательны. Лишь три страсти движут ими: поглощение пищи, размножение, расширение ареала обитания. Эволюция посмеялась над Вселенной, когда лишила их расу любви, искусства и морали. Найдется ли во Вселенной цивилизация, которая сможет дать отпор столь беспринципным созданиям? Надеюсь, что найдется.
