ГЛУБИНА
Красноярский край. Сентябрь 1949 года
К вечеру дождь прекратился, но с сосен по-прежнему срывались тяжёлые капли. Они падали на брезент палаток, в траву, в тёмную воду реки. Костёр разгорался неохотно: сырые поленья шипели, и кто-то из мужчин уже в третий раз пытался раздуть пламя сложенной газетой.
Семеро друзей выбрались в тайгу на несколько дней. Рыбалка, разговоры у костра, ночёвки под открытым небом — для большинства поездка была редкой возможностью забыть о работе. Только Виктор Лебедев приехал сюда не отдыхать.
Виктор был геологом. За несколько месяцев до поездки он нашёл в старом полевом журнале короткую запись о выходах необычной породы неподалёку от Манской петли: «Структура нехарактерная. Требует проверки». Ни подписи, ни точных координат. Он поднял архивные карты, расспрашивал коллег, но никто не мог вспомнить, кто оставил эту запись. Один пожилой геолог долго разглядывал показанный ему лист, потом вернул Виктору и посоветовал не тратить отпуск на старые слухи.
Совет только подстегнул любопытство. Виктор не верил ни в приметы, ни в проклятые места; он верил в то, что для странностей бывают причины, пусть и не сразу понятные.
Остальным Виктор сказал, что собирается осмотреть скальный участок. Марина знала больше. Последнюю неделю он почти не выпускал из рук карту, а однажды среди ночи она застала его за кухонным столом: он сидел в темноте и водил пальцем по старой, истёртой складке бумаги.
— Ты опять об этих камнях? — спросила она.
— Там что-то есть, Марин. Геология так себя не ведёт.
— С твоих слов выходит, что камни нарочно от тебя прячутся.
Он тогда улыбнулся, но карту не убрал.
Накануне похода, в последней деревне, они разговорились со стариком, чинившим у магазина рыболовную сеть. Узнав, куда собирается Виктор, старик перестал перебирать узлы.
— В те леса не ходите, — сказал он. — Там люди теряются. Не пропадают — теряются. Вернётся иной, а лица словно нет. Смотрит на родных, будто видит впервые.
Марина ответила, что у них есть карта и компас. Старик ничего не возразил. Только посмотрел на Виктора — внимательно, почти с сожалением.
Теперь Марина сидела у костра рядом с Виктором и молча грела ладони о жестяную кружку. По профессии она была врачом и привыкла искать причины, а не приметы. Но её тревожило совсем другое: Виктор собирался идти один.
— Хотя бы Кольку возьми, — сказала она, когда остальные занялись ужином.
— Он и со мной заблудится. Мне нужно сделать несколько замеров, сфотографировать породу и вернуться. К вечеру буду здесь.
— Ты сказал «к обеду» ещё в городе.
