Ева
Холодный металл подиума въедался в
босые ступни. Мурашки побежали по голой спине, под тончайшей тканью
лабораторного комбинезона гулял ледяной сквозняк. Отец вывел меня сюда минуту
назад, бросил сквозь зубы: «Жди», - и оставил в почти полной темноте. Освещена
была лишь его небольшая площадка. Темнота вокруг сгущалась, как тяжелый, липкий
кисель, давила на виски. Я слышала только его голос, упивающийся эхом
микрофона, и видела синеву экрана за его спиной с мелькающими спиралями ДНК и
формулами, которые были моей биографией.
- Господа! - торжественно, почти
истерически, выкрикнул он. - Сегодня вы станете свидетелями триумфа науки!
Моего гения! Двадцать лет! Двадцать лет работы над одним творением! Меня
называли безумцем, врагом естественного порядка, отказывали в финансировании!
Но я смог! Я сумел создать ее! Мою Еву!
Прожектора ударили в глаза
ослепительным копьем. Я зажмурилась, и когда смогла открыть веки, передо мной
предстала публика: сотни пар глаз, горящих не здоровым любопытством, а
холодным, хищным интересом.
- Я всегда знал, что ключ к
эволюции следующей ступени зашифрован в нашем геноме, - отец расхаживал по
сцене, как актер. - Я использовал систему CRISPR для точечной модификации,
начиная со стадии эмбриона. Я переписывал геном, искал, комбинировал, отвергал…
Ева - мое совершенное творение. Ее митохондрии производят уникальные квантовые
ферменты, способные запускать каскадную реконфигурацию чужой ДНК. Через
биологический контакт, через синхронизацию, она может открыть в партнере спящие
возможности, резервы, о которых тот и не мечтал! Телепортация, телепатия,
контроль над материей… И ключ ко всему этому - она. Ева. Первый стабильный
гибрид. Ее тело - живой шифровальный аппарат. Ее пик… ее оргазм создает
эпигенетическую волну, которая переписывает ваши гены. Дайте мне ресурсы,
лабораторию - и я создам таких для каждого из вас!
- Вы перешли все границы! -
раздался крик из зала. - Эти опыты аморальны! Вы встроили механизм генной
модификации в интимный акт! Мы не знаем отдаленных последствий! Вы создали сексуально-зависимый
векторатор! Это грубейшее нарушение всех галактических конвенций!
- Мы станем богами! - заорал в
ответ отец, и в его глазах вспыхнуло настоящее безумие.
Ненавижу. Слово отозвалось жгучей
волной в груди. Ненавижу его, его самодовольную улыбку, этот зал, свою судьбу.
Слезы, горькие и беспомощные, подступили к горлу. Хотелось бежать, провалиться
сквозь пол, спрятаться от этих похотливых, оценивающих взглядов, от рук,
которые уже мысленно тянулись ко мне. Эти богатые, напыщенные люди в дорогих костюмах.
Но я была марионеткой. Программирование на послушание сковывало меня прочнее
стальных ремней. Я - живое доказательство гения отца, его амбициозный проект.
Мои конечности не слушались, будто парализованные. За что? Я не хотела быть
разменной монетой, валютой в его больной игре. Я не вещь! Я живая!
