Академия магического сыска сегодня была сильно взбудоражена. И это неудивительно. Ведь именно в самую темную и длинную ночь происходил перелом года. И по традиции все адепты и преподаватели должны были веселиться на балу.
И лишь юная тера Лионелия Рихардсон, для подружек просто Лин, казалась печальной. Ее заостренное личико было бледным и невзрачным, лишь на носу пристроились три чуть заметные конопушки. Каштановые волосы девушка заплетала в две косицы, которые делали ее еще больше похожей на ребенка. И лишь огромные глаза цвета грозового неба выдавали истинный возраст Лин. Они совершенно по-взрослому смотрели на мир.
– Что с тобой? Ты который день сама на себя не похожа, – выговаривала ей Реджина Фирго. Она, в отличие от теры Рихардсон, была девицей высокой, статной и яркой. Отец Реджины владел косметической фабрикой. И поэтому с ранних лет она пользовалась продукцией этого заведения, отчего выглядела взрослее и привлекательнее, чем была на самом деле. Однако упрямо выдвинутый подбородок слегка портил миловидное личико. Сразу было видно, что спуска она не даст никому. – Словно спишь на ходу. И даже праздник тебя не радует.
– Мне предсказали, что двадцать первый год станет моим последним в этом бренном мире, – вздохнула Лин. – Поэтому особой радости в празднике я не вижу.
Перед ее мысленным взглядом тут же появилась гадалка в разноцветной юбке и нереально больших серьгах, походящих на люстры в театре. Черные навыкате глаза мрачно сверкали из-под густых бровей, напоминавших кильку, которую продавали в соседнем с домом магазине. Они в ее палатку зашли совершенно случайно, когда с подругами детства гуляли по ярмарке. В то время девушка приезжала еще домой на каникулы. Родители еще здравствовали, и ей было к кому приезжать. В пятнадцать лет двадцать один год кажется очень далекой датой. Да только время пролетело. И этот страшный день наступил.
– Не болтай ерунду, – фыркнула Реджи, – лучше помоги мне уложить волосы!
Обе девушки громких титулов не имели. Только Реджина умела подать себя в лучшем свете и числилась на хорошем счету у профессоров. А главное, ее папенька был готов платить за любимую наследницу. А Лин единственное, что умела хорошо делать, – это наряжать подругу на балы и другие светские мероприятия. И многие подозревали, что именно это и являлось причиной дружбы столь разных адепток. Тера Рихардсон играла роль некрасивой подруги и бесплатной прислуги.
Если бы тера Фирго действительно дорожила дружбой, она, как минимум, уточнила бы, что за странное предсказание дано Лин. Но та была слишком сосредоточена на себе. И на подобную, по ее мнению, ерунду просто не обращала внимания.
