ЭЛИОН
КАТЯ ВЕЙ
Люди. Эльфы. Природа. Будущее.
Роман в трёх частях
Пролог. Краткая история конца света, рассказанная человеком, который в нём не участвовал
Прежде чем мы поднимемся на восемьдесят седьмой этаж башни «Меридиан», где будет сидеть на краю окна десятилетняя девочка, стоит сказать пару слов о мире, в который вы попали, потому что мир этот — не декорация, а полноправное действующее лицо, и, как всякое действующее лицо, он обидится, если его пропустят в титрах.
Тысячу лет назад на этой земле жило, по разным оценкам, около десяти миллиардов человек. Ели пиццу. Ссорились в очередях. Изобретали приложения для того, чтобы не разговаривать друг с другом лично, а потом жаловались, что стали одиноки. В общем, жили обычной человеческой жизнью, богатой на достижения и на глупости примерно в равной пропорции. А потом в одну ночь — не в одну эпоху, не за одно поколение, а буквально за одну ночь — почти всё изменилось. Люди не умерли. В этом, собственно, вся соль истории, которую вы прочитаете: никто никуда не делся. Просто внутри почти каждого человека что-то тихо щёлкнуло, как выключатель, и утром на планете проснулись уже не совсем люди — существа с острыми ушами, долгой памятью леса вместо короткой памяти городов и полным, абсолютным забвением того, кем они были накануне.
Меньшинство — по неизвестным причинам, о которых мы узнаем чуть позже, — этот щелчок не затронул полностью. Они остались людьми: смертными, вспыльчивыми, изобретательными, с короткой продолжительностью жизни и длинным списком претензий к мирозданию. Именно их потомки, тысячу лет спустя, будут прясть вьюн на восемьдесят седьмом этаже и чинить электрогитары в бывшем паркинге.
Прошла тысяча лет. Города заросли лесом. Лес научился светиться. И два народа — те, кто забыл, и те, кто помнил, — выстроили друг с другом хрупкое, во многом смешное и трогательное соседство, о котором эта книга, собственно, и будет.
Но обо всём по порядку. Начнём с дома.
ЧАСТЬ ПЕРВАЯ
ДОМ НА ВЫСОТЕ
Глава 1. Дом на 87-м этаже
Башня «Меридиан» когда-то была бизнес-центром класса А — так было написано на позеленевшей табличке у входа, и слово «класс» давно перестало что-либо значить, как, впрочем, и слово «бизнес». Единственным бизнесом посёлка, разросшегося внутри и вокруг башни за три поколения, была торговля мхом, вьюном, вяленой рыбой, деревянными инструментами и — куда же без неё — слухами, которые, в отличие от рыбы, никогда не портились, сколько бы дней их ни носили из дома в дом.
Посёлок звался просто — Меридиан, как и башня, хотя старики иногда называли его по старинке «Сорок Крыш», потому что когда-то, в первые годы после переселения, здесь стояло ровно сорок жилых надстроек на разных этажах. Теперь их было почти двести, и никто уже не считал.
