Глава 1. ‘Til We Die + Bad Blood
Моё имя – Оливер Элден. Это моё настоящее имя. Однако с рождения я носил другое имя, а о настоящем узнал лишь недавно. Моя история началась в Канаде, когда в больницу города Квебек на скорой привезли беременную женщину, у которой едва отошли воды. Кто-то из прохожих вызвал скорую в парк, увидев, что даме примерно тридцати лет стало плохо. По приезде скорой врачи узнали, что она рожает, и тут же доставили будущую мать в больницу. К несчастью, едва добравшись до больницы, женщина потеряла сознание и больше не пришла в себя.
– Скорее, нужно довести пациентку до родильной палаты! – фельдшер вытащил каталку с беременной женщиной без сознания, передавая её дежурному врачу. – Пульс слабый, есть риск потерять плод!
Врачи быстро довезли роженицу до палаты, пытаясь привести её в чувство. К сожалению, они поняли, что пациентку спасти не удастся, поэтому решили сохранить хотя бы её ребёнка. Тужиться она не могла, поэтому акушерам пришлось прибегнуть к кесареву сечению, чтобы достать плод. Операция завершилась относительным успехом: женщина погибла, но ребёнок родился абсолютно здоровым.
– Запишите время смерти… – тяжело вздохнул врач, принимавший роды, держа на руках ребёнка. – Восемь сорок девять после полудня, четырнадцатое февраля тысяча девятьсот девяносто восьмого года. Эту же дату впишите в свидетельство о рождении. На этом всё.
После этих слов врач шлёпнул малыша по ягодицам, и тот громко закричал, начав дышать. Этим ребёнком был я, а погибшая – моя родная мать, которую я так и не сумел узнать. Говорят, что дети, рождённые при помощи кесарева сечения, чувствуют меньшую привязанность к матерям. Вероятно, поэтому я не ощущал печали из-за её смерти в день своего рождения. Я даже не знал её имени, ведь при ней не было никаких документов. Поэтому, родившись в Канаде, я получил гражданство этой страны. Забавно, что я так подробно помню момент своего рождения, ведь однажды мне приснился сон об этом. Через некоторое время меня забрали приёмные родители. Это была семья Гарольда и Марты Грейс, постоянные участники программы опекунства, то есть люди, которые всегда принимали в свою семью новорождённых детей и воспитывали их как собственных. Узнав о моём рождении, они тут же приняли решение забрать меня к себе. Помимо меня, у Гарольда и Марты были и другие приёмные дети, но своих детей у них не было. Хотя несчастными их нельзя было назвать: они безумно любили каждого воспитанника.
– Посмотри на этого милашку, Гарольд! Неужели такого малыша могли оставить? – Марта с огнём в глазах смотрела на ребёнка, тянущего к ней ручки из капсулы для новорождённых, а молчаливый Гарольд тепло улыбался, обнимая жену. – У него уже есть имя, доктор?
