Глава первая. Мёртвые синапсы.
Кислотный дождь в Секторе-4 никогда не заканчивается. Он просто меняет интенсивность – иногда капает лениво, как сломанный кран, иногда лупит по титановым перекрытиям так, что думаешь: вот сейчас обшивка не выдержит и многотонное тело «Ковчега» наконец сложится само в себя, погребя под ржавыми ребрами то немногое, что ещё называет себя человечеством.
Сегодня дождь был злым.
Я стоял на посадочной платформе уровня Д-7, засунув руки в карманы прожжённого плаща, и смотрел вниз. Там, за жёлтым туманом, пульсировали неоновые артерии Нижнего Города – синий, красный, грязно-оранжевый. Красиво, если забыть, что большая часть этого света исходит от реактивных выбросов мусоросжигателей и рекламных голограмм борделей. Красиво, если вообще не думать. Последнее у меня никогда не получалось – профессиональная деформация частного следователя с десятилетним стажем.
Меня зовут Артём Вейс. Тридцать восемь лет, левый глаз заменён оптическим имплантом третьего поколения, три ребра – титановые пластины после давней истории с корпоративными боевиками «Меридиан-Групп», которую я предпочитаю не вспоминать за ужином. Лицензированный детектив, берусь за розыск пропавших людей и корпоративный шпионаж. Не берусь за убийства. Принципиально.
Хотя убийства, как водится, сами находят меня.
Тело лежало у вентиляционной шахты – лицом вниз, руки раскинуты, словно человек упал прямо на бегу и земля просто не захотела его отпускать. Я обошёл его медленно, по широкой дуге, как учили ещё на старой службе: смотри сначала на периметр, потом на жертву. Периметр был пуст: платформа заброшена, дроны-уборщики здесь не появлялись, судя по слою машинного масла и мусора, уже несколько месяцев. Хорошее место, чтобы кого-то убить и не торопиться с уборкой.
Я присел. Мой оптический имплант тихо зажужжал, перебирая режимы – ультрафиолет, тепло, спектральный анализ. Убитый был аугментирован серьёзно: подкожная броня третьего класса, хромированные суставы на запястьях, нейрошунты за ушами – парные, дорогие, с фирменными логотипами «Орбиталь Инжиниринг». Такие люди не шатаются по заброшенным платформам Сектора-4 без весомой причины. И уж точно не умирают здесь от несчастного случая.
На затылке – аккуратный хирургический разрез. Кто-то вскрыл черепную пластину и извлёк блок кратковременной памяти. Профессионально, почти нежно. Не вырвал с мясом, не взломал силой – просто вынул, как батарейку из игрушки. Именно это меня и беспокоило больше всего: не жестокость, а точность.
Это был уже третий за неделю.
