Стоило мне утром открыть глаза, как я сразу улыбнулась.
«Сегодня тот самый день!»
Я резво вскочила с кровати, что со мной случалось не слишком часто, и побежала умываться, краем уха фиксируя звуки из яслей, как я называла комнату с самыми младшими обитателями. Оттуда привычно доносился разнообразный гвалт волшебных существ: и кряканье, и свист, и подхрюкивание, и не пойми что за пыхтение. Но без плача.
«Значит, все в порядке».
Это обрадовала еще больше, как и спокойно проведенная ночь (новеньких не прибавилось) и я отлично выспалась. С возрастом начинаешь очень ценить подобные моменты. Старшие фамильяры тоже проснулись и самостоятельно выйдя/выползя/выпорхнув из своих кроваток стали подтягиваться ближе к кухне.
Кормление занимало довольно много времени, особенно подготовка и уборка, вскоре я, наконец, могла заняться собой, набрав свежую воду в турку и, снимая полотенчико с буханки гречишного хлеба, намереваясь намазать один кусочек подтаявшим сливочным маслом. Однако я рано расслабилась, поскольку за спиной знакомо прозвучало:
– Хочу кофи!
Я вздохнула и, не поворачиваясь, ответила:
– Ты уже позавтракал Чуча, пойди, поиграй.
– Вижу кофи!
Я быстро убрала банку в шкафчик за дверку на верхнюю полку, дабы не травмировать гремлина, обожающего грызть черные, ароматные зернышки. Да и он сам походил на кофейное зерно: маленький, круглый, черный, с тоненькими, словно ниточки, ножками и ручками, и огромным ртом.
– Хочу кофи!
– А-а-а! Съешь яблоко!
– Яблоко – не кусьна! Кофи – вкусьна!
– Чуча…
– Кофи, кофи, кофи!
– Как я сочувствую твоему будущему хозяину.
За всю мою практику, Чуча оказался первым волшебным существом, способным разговаривать и постепенно сводил меня с ума своей болтовней, просьбами и немигающими, темными, безэмоциональными глазами. Я не сразу нашла описание его подвида в толстых, старых томах, занимавших половину моего кабинета, многие из которых были написаны еще вручную, поблекшими зелеными чернилами. Впрочем, мне часто приходилось обращаться к древним сборникам, так как мой детский сад специализировался на редких и мифических фамильярах, которых не всегда можно было распознать с первого взгляда. И как я радовалась, обнаруживая обычного котенка или щенка до тех пор, пока у крошечного гостя неожиданно не появлялись крылья, как у стрекозы, или не отрастали оленьи рожки.
«Так, ладно, и кто же ты… И чем тебя кормить, дружок?»
Но сегодня даже Чуче не удалось вывести меня из себя, ведь днем должно было состояться Воссоединение, а точнее, долгожданная встреча фамильяров и их хозяев.
