КНИГА ВТОРАЯ
«СОПРИКОСНОВЕНИЕ»
… И видел я: и вот бурный ветер шел от севера,
великое облако и клубящийся огонь, и сияние
вокруг него, а из середины его как бы свет пламени из
середины огня; и из середины его видно было
подобие четырёх животных, — и таков был вид их:
облик их был как у человека…
— ИЕЗЕКИИЛЬ —
Самарканд. 613 год по Хичли, месяц Хаджижа.
Заходящее апельсиновое солнце Востока бросало огненные лучи на башни лазурного дворца Великого Тамерлана. Где на гранитных достарханах лежали восточные фрукты и сладости, а в серебряных чашах сверкая каплями нектара дворцовых садов, казалось, застыли напитки. И лишь в золотых кубках с одной стороны играли лучи уходящего солнца, а с другой мерцание дворцового огня.
Тамерлан ёжась от озноба терзающего его тело, смотрел на огонь в своём дворце. Медленно перебирая пальцами маленький камень, что дал ему "Он".
— Что—же это? Как говорят в Каире камень познания добра или зла", или как называют его Греки "Философский камень". Иль "Он" смеётся и дал булыжник мне с дороги? Тамерлан поднёс камень к глазам своим, словно пытаясь разглядеть его на просвет, сквозь твердь камня рассмотреть языки огня.
Зачем мне знать — всё то, что знают Боги!
И от чего рассвет и почему река!
В дороге жизни не слабели—б ноги
И взор как прежде видел облака!
— Жить, чего ещё желать мне, когда я Тамерлан, весь мир у моих ног! Жить долго, вечно, словно небо с его облаками. Наслаждаясь тем, что хранят стены дворца выстроенного лучшими мастерами Хорезма в мою честь! Он наклонил голову подперев её могучей ладонью.
— Злоба! Словно змея проникает в сердце моё, словно острыми зубами впиваясь в мою плоть! И имя этого гада ползающего словно кобра в песках Хорезма Тахтамышь! А мне ли думать о нём? Мне ли? О, тяжесть тела!
Он стал растирать давнюю рану на бедре, мучившую его столько лет, но сердце наполняла злоба, словно уравновешивая чашу весов.
Через три дня к нему, словно стрела выпущенная из тугого лука, влетел Али абу Бакар!
— Как смеешь ты! воскликнул в душе своей Тамерлан.
— Ты сожрал камень! вскричал Бакар.
Он не приветствовал Тамерлана, о нет! Он дико вопреки величия Тамерлана, воскричал:
— Ты словно змей проглотил его! негодовал Али абу Бакар.
Тамерлан молчал.
— Ужели "Он" гладил твой — затылок!!? взревел Бакар ещё сильнее, словно пытался разрушить своим голосом стены огромного дворца!
Но Тамерлан молчал в ответ.
— Нет знаний в этом камне, нет молодости и жизни, есть зло! А ты от ныне хранитель зла! Ты печать зла! Ты — зло Тамерлан! Я много раз говорил тебе, что зло будет запечатано на тысячу лет, затем вернётся на волю, изливая на землю потоки серы, огня стальная саранча пожрёт плоть ещё живых, и не родившихся детей, стучащими своими сердцами в чреве матерей!
