1
Несколько месяцев назад я попал во временную петлю, застряв в одной из пятниц июня. Наверное, многих бы это испугало. Как это обычно бывает в произведениях, где герои становятся узниками одного-единственного дня, который начинается вновь и вновь – они пытаются понять, как выбраться, не находят себе места, а в итоге начинают заниматься чем угодно, лишь бы хоть как-то скоротать время и не сойти с ума.
У меня всё было иначе. Проснувшись одиннадцатого июня во второй раз, я впал в ступор. Первым делом я подумал, что дело в моём смартфоне – возможно, он перестал получать сигнал с сотовой вышки или NTP-сервера. Убедившись в исправности андроида, я начал грешить на свой мозг. Возможно, я перепил накануне или просто перепутал дни. Такое случается с каждым, а я в таких вещах не самый надёжный человек. Я частенько совершаю странные поступки в самых безобидных ситуациях – зависаю, будто тактовая частота моего мозга упала вдвое. Однажды я полминуты пытался попасть в подъезд дома, где жил, вводя на панели домофона пароль от своей банковской карты…
Я быстро понял, что дело не в смартфоне и не во мне самом. Да, я действительно пил накануне, но бутылка вина раньше никогда не искажала моё восприятие до такой степени, чтобы дата на календаре оставалась неизменной дважды подряд. Выйдя в чистый и просторный вестибюль гостиницы, где должны были пройти первые дни моего отпуска, я увидел у ресепшена ту же семейную пару, что и вчера – полный мужчина чуть за пятьдесят, нервно постукивающий пальцами по стойке регистрации, и его супруга, с аппетитом рассматривающая стенд с блюдами шведского стола.
Они были здесь накануне, занимаясь тем же самым. Фразы, которыми они обменивались с невысокой симпатичной блондинкой за стойкой регистрации, тоже не поменялись. При всей своей рассеянности я довольно наблюдательный человек и едва ли мог ошибиться. Всё-таки рассеянность – это не дефект, а особенность распределения внимания. Мой мозг просто работает иначе – как процессор, который постоянно переключается между потоками, не дожидаясь завершения предыдущего. Я неплохо подмечал детали в окружении, в поведении людей. Но мог целый час не замечать, что шнурки на моих ботинках развязались, вялыми змейками следуя за моими ногами.
Шведский стол в ресторане гостиницы не отличался от того, что был накануне, хотя предлагаемые блюда должны были смениться в соответствии с цикличным расписанием. Все постояльцы сидели ровно на тех же местах, в той же одежде. Вслушиваясь в их разговоры, я вылавливал отрывки новостей, которые уже слышал – и передавались эти новости теми же оборотами речи. Машины на парковке за окном тоже стояли на прежних местах.
