Не важно, куда я попаду
после смерти, — Ад это будет
или Рай. И там, и там
у меня есть друзья.
Марк Твен
Семеро крепких ребят дубасили оранжевыми касками о Васильевский спуск. Занятие это им давно наскучило, и они стучались в булыжник исключительно для приличия. Несмотря на это, проходивший мимо мужчина заинтересованно присел на корточки.
— Слышь, парень, — не выдержал самый молодой, — отвали, а?
— А вы, ребята, шахтеры? Я ничего не перепутал? — спросил мужчина, не замечая предыдущей реплики.
— Шахтеры. Отвали.
— «Отвали» — это что? Пароль такой? А я что должен ответить?
— Не кажется ли вам, господин хороший, — вставая, сказал старый шахтер, — что вы задаете слишком много вопросов?
— Я любопытный, — растянул мужчина.
— Зато мы не лезем в чужие дела.
— Меня это устраивает. И было бы очень хорошо, если бы среди вас нашлись профессионалы.
— Все здесь профессионалы.
— Политики? — не поверил мужчина.
— Шахтеры.
— Тогда самое время познакомиться. Меня зовут Савелий Отморозов, я — коммерсант.
Шахтеры недоуменно переглянулись.
— И что из этого?
— Есть работенка, но только, если у вас кишка не тонка.
— Какого рода?
— Под землей... Скажем, метрах на трехстах.
— Постоянная?
— Разовая.
— Не пойдет.
Отморозов достал из кармана розовый мелок и, как позволил булыжник, написал трехзначное число:
— Это за день работы... В долларах... И каждому...
Шахтеры заерзали, косились на старшего, но дружно молчали. Тот, который говорил с Отморозовым, напряженно думал. По его лицу блуждало сомнение, а на лбу вздулась синяя вена.
— Я понимаю, — нарушил молчание Отморозов, — сидеть здесь куда безопаснее. И, может быть, долги по заработной плате погасят. Может, кому-то ваш стук надоест...
— Мы не можем уйти, — сказал шахтер, — это наше решение.
Остальные закивали.
— Это хорошо, — похвалил Отморозов. — Хорошо, что вы работаете командой, и хорошо, что среди вас есть лидер. Но я вам вот что скажу: каждый должен заниматься своим делом. Шахтер должен спускаться в забой, а политику должны делать политики. И чтобы это не были только слова — попробую показать.
Он достал маленький телефон и, откинув табло, сказал несколько слов.
Минуту спустя возле пикета остановилась пара белых микроавтобусов с надписью «Мосфильм». Из них высыпала людская масса, представлявшая собой смесь униформы и телеаппаратуры. Очень скоро масса организовалась в две шеренги: шахтеров и журналистов. Они стояли лицом к лицу и ожидали команды Отморозова.
— Начинайте, — разрешил тот. — Прошу вас.
В руках журналистов запищали видео и фотокамеры, пара вспышек холодным светом легла на мостовую. Из шеренги шахтеров выступил усатый мужчина и внятно, хорошо поставленным дикторским голосом произнес:
