Часть I.
Сезон штормов
1.
Земля Тланы, прошлое
Бакче имел право возмущаться. И не надо смотреть на него так осуждающе!
Эти, впрочем, не осуждали. Просто выжидали. Или любопытствовали. Их не поймёшь. Выставят головы поверх воды и сверкают своими огромными глазищами. Молчат.
Бакче, тяжело дыша, рухнул в бурый песок. Он липнет к коже, и руки, и босые ноги теперь все в мелких чешуйках.
Он приподнялся. Хмуро огляделся вокруг. Однако порядком он тут нарыхлил, пока бесновался. И в море всего понакидал. Как будто море в чём-то виновато.
А кто виноват? Кто виноват-то?
Бакче посадил тыкву, Бакче её растил, сил не жалея. Каждое утро спешил на огородик, чтобы улыбнуться своему румяному солнышку. Солнышко наливалось и росло. И, наверное, было благодарно. Бакче ни одну вреднюгу не подпустил к своей любимице. Сам, собственными руками собирал мелких чере-вяков, и мышей гонял нещадно. От настоящего солнышка тенью закрывал, когда жарило совсем уж нестерпимо.
И что?
И нет яркого чуда!
Как будто и не было никогда! Серая земля изрытая чере-вяками, травка вокруг, а тыквы даже следов не осталось. Ни одного резного листочка-зонтика, ни шершавого стебелёчка, ни корешка какого! Как так-то?
Тыква была подарком. Бакче думал: снимет тыкву, взвалит на плечо и отправится к Лине. Чтобы Лина видела, что Бакче не только умелый – такое чудо вырастил, – но и сильный.
Лина выглянет в окно сначала. Помедлит чутка – может, перед зеркалом покрутится, а может, и так просто, чтобы Бакче о себе не воображал. Потом выйдет на крыльцо. И ахнет. Конечно, ахнет – та-акая тыква! Тыквища!
А Бакче знает, кто виноват! Кертке, вот кто!
Он тоже к Лине дорожку пробивает. Думает, песенками своими да шутками девчонку очарует.
Нет, Лине серьёзный человек нужен. Не такой бездельник, как этот певун.
Ну, конечно, Кертке парень красивый. И язык у него заточен что надо. Как скажет что-нибудь, Бакче полчаса думает, что бы ответить, а вокруг все со смеху покатываются. И Лина тоже!
Бакче с досадой ударил кулаком в песок, вспоминая. Сколько раз такое бывало! И Лина смеялась, смеялась! Бакче век бы слушал, как она смеётся. Если бы она не над ним хохотала.
Она, правда, твердила, что ничего страшного в этом нет. Да и Кертке хлопал по плечу и говорил, что на его шутки обижается он один. Но Бакче всё равно злился.
Ленивый этот Кертке. И легкомысленный. А теперь, выходит, ещё и вор!
Бакче со злости повыдергал всё до корешка у себя в огороде, снёс забор – ну, это он сгоряча, и забор-то оказался хлипкий. И побросал всё в море.
Эти наблюдали.
Бакче их сначала не заметил, не то бы поостерёгся кидаться. Они плавали вдалеке, бесцельно резвились, гоняясь друг за другом. Вот ведь народ: никакой заботы у них нет. Ну, какая может быть печаль, если ты живёшь в воде?
