Наступил вечер. Солнце уже село, и в высокие окна вливался лунный свет, разбиваясь о зеркальные стены на сотни бликов. В Зале Зеркал Храма Астарты четыре жрицы готовились к ритуалу.
Серафина, верховная жрица, лежала на алтаре. Он был вырезан из цельного куска чёрного камня. Его привезли из далёких гор, где, как говорили, до сих пор живут духи, не признающие богов. А вопреки всему он служил ей. Серафина смотрела в зеркальный потолок и видела там своё отражение: свои распущенные волосы, спокойное лицо и руки, вытянутые вдоль тела.
Рядом стоял Арей, верховный жрец. Он был старше Серафины на десять лет, в его чёрных волосах уже появилась седина, но руки были твёрды и сильны. В других углах Зала стояли остальные жрецы и жрицы. Кассий, совсем молодой, с ещё не угасшим румянцем на щеках, — ждал Весту. Тиберий, молчаливый и хмурый, стоял у алтаря Теней, где уже лежала Люмина. Люций, самый старый из жрецов, чьи руки помнили ещё тех жриц, которых давно уже не было в живых, склонился над Морганой.
— Уже все готово, начинаем, — произнесла Серафина.
Её голос разнёсся по Залу, отразился от зеркал, умножился, и на миг показалось, что в Зале не одна, а сотни верховных жриц произнесли эти слова.
Веста рассмеялась. Она всегда смеялась перед ритуалом, в её смехе не было насмешки, одна лишь лёгкость, которую жрица одна умела сохранять среди всех.
— Ты всегда такой серьёзный, — сказала Веста Кассию. — Как будто мы идём на войну.
Кассий не ответил. Молодость делала его неуклюжим. В ритуалах он участвовал всего три раза и поэтому не знал, куда деть руки. Веста взяла их сама, положила себе на плечи, и жрец выдохнул.
Арей коснулся плеча Серафины. Верховная жрица закрыла глаза. Холод Алтаря напоминал о том, что они живы, что тело ещё чувствует, что граница между миром людей и миром богов ещё не стёрлась.
Арей вошёл в неё. Серафина приняла его естество, как полагается Верховной жрице. Это был древний ритуал, как и сам храм. Через него приходила сила, через него обновлялась связь с богиней, через него жрицы становились тем, чем должны были быть — проводниками между землёй и небом.
В углу Зала, где находился алтарь Теней, на камне лежала Люмина с открытыми глазами. Взгляд был устремлен в потолок. Тиберий склонился над ней и шептал слова. Они не имели никакого смысла, но только для тех, кто не был посвящён. Жрица Лунного пути смотрела в потолок, сквозь зеркала, туда, где начинался мир снов. Её губы шевелились, произнося что-то в ответ.
