* * *
Белая кошка воспитывала чёрного котёнка. Довольно крупная, с блестящей очень яркой шерстью, она внимательно наблюдала за своим противником. Тот шипел, наскакивал, делал угрожающие обманные прыжки, но кошка ловко, раз за разом отбивала его атаки. И сама проводила несколько ударов. Она не пыталась прогнать котёнка, или унизить его, опрокинув, сбив с ног, а именно воспитывала. Продолжалось это долго. Котёнок не сдавался, но возраст и опыт делали своё дело. Постепенно атаки становились слабее, реже. Маленький яростный комок стал ограничивался шипением, угрожающими позами, но они не возымели действия. И после очередной серии тяжёлых ударов тот упал на спину, раскинул лапы во все стороны и, поджав куцый хвостик к животу замер. Кошка гибким движением прильнула вплотную к его морде, чуть ли не переплетя усы, зашипела. Тот помахал лапами в воздухе, но никаких агрессивных действий не предпринял. Снова шипение и котёнок проникся. Он не возмущался, не возражал, и молча принял свою судьбу. Кошка высоко выпрямилась на лапах, оглядела внимательно своего подопечного, резко перевернула его на живот и сомкнула клыки на загривке. Легко подняла маленькое тельце и уверенно понесла его по своим кошачьим делам. Следом за ней побежала ещё несколько котят. Не меньше десятка. В большинстве были чёрные, разной степени насыщенности, и пара трёхцветных. Семейство как бы растворилось в воздухе и пропало из вида.
Я открыл глаза. Знакомая келья, знакомые предметы, знакомые двери, знакомый неяркий свет кристалла. Я лежал прямо на земле и осматривался, вспоминая всё, что случилось.
Я всё-таки ввалился в дверной проём под градом пуль. Одна из них меня и зацепила, втолкнув при этом в убежище. Обидная рана - сзади в верхнюю часть бедра. В ж***, короче. В армии бы меня не поняли. И нельзя сказать, что я панически бежал с поля боя. Не объяснишь же никому.
Сколько я уже здесь? Потрогал брюки - все в засохшей крови. В мерцающем свете камня проявился старик. В домотканых ветхих штанах, такой же застиранной рубахе, подпоясанной кожаным шнурком. Седые волосы заплетены сзади небрежной косичкой. Длинная борода скрывала морщинистое лицо. Прямой нос и глубоко запавшие глаза говорили, что годы прожиты немалые. Легко ступая босыми ногами по битым черепкам, он приблизился ко мне.
- Кто ты? - обратился я к нему.
Тот промолчал, извинительно разведя руками. В тусклом свете незнакомец просвечивал.
- Ты призрак? - удивлённо задал ему вопрос.
Страха не было, и любопытства тоже не было. Была полная апатия, которая говорила о большой потере крови и упадке сил. Старик наклонился и провёл надо мной руками, изображая какие-то сложные пасы. Я молча вытерпел его жестикуляцию. «Ну, призрак, чего тебя бояться.» Отстранённо подумал, что чужие тут не ходят. А если ты здесь, и я здесь, значит, мы вполне можем быть если не союзниками и соратниками, то хотя бы добрыми знакомыми. Призраков мне видеть никогда не доводилось, но удивление он у меня не вызвал.
