Экзамен по высшей халяве.
Один мой знакомый инженер-конструктор, Владимир Анатольевич Мельниченко, работает в одном закрытом НИИ под названием АО «ЗАСЛОН». Так они там, представляете, разработали систему борьбы с халявой. Серьёзно! Не смейтесь. Там ребята не шутят. У них формула на доске шевелится, как червяк после дождя.
Глава 1. Система и ее жертва.
Итак, студент Павел Землянов сидит в общежитии. Парень он простой, как центробежная муфта: работает только в одну сторону и то с перебоями. Его характеристика такова: лень — три килограмма на квадратный сантиметр, хитрость — на уровне инженерной смекалки, а знания по высшей математике стремятся к нулю. Пашка — это система, которая выдаёт максимум мощности при минимуме полезного действия. Зато он чует человеческие слабости, словно локатор — чужой самолёт.
Родная бабушка живёт всего в двух кварталах, в частном секторе. Паша по привычке возвращается поздно, но моральный контроль у бабушки не дремлет. Оценив износ деталей от ежевечерних нотаций, внук перебазировался в общагу, прикрывшись железным аргументом: «так ближе к институту». А бабушкины пирожки он теперь успевает перехватывать по выходным — без сопутствующих лекций о поведении.
Весь день перед экзаменом Пашка Землянов, конечно же, готовился: пил пиво в парке, сходил в кино на культовую японскую «Легенду о динозавре» (80-е годы), приставал к девчонкам на дискотеке — в общем, гулял на всю скромную студенческую стипендию. Сорок рублей, выданных накануне казначеем группы Светланой Казаковой, ушли без остатка. И вот он, значит, в ночь перед экзаменом закричал в окно общаги сакраментальное «Халява, приди!». Он ожидал стандартного набора: чтобы утром перед экзаменом кто-то подкинул шпаргалку, или чтобы профессор Золотов вдруг заболел, или чтобы в билете попался единственный выученный вопрос.
А Халява, между прочим, оказалась… не баба с билетами. А экспериментальный алгоритм корректировки реальности. Размером с автобус ЛАЗ, только светится не хаотично, а с математической периодичностью. Вы представляете? Это вам не ёлка новогодняя — это, дорогие мои, система дифференциальных уравнений в реальном времени. Каждая вспышка — удачное решение. А вы говорите, инженеры романтиками не бывают.
Объект завис ровно над пятиэтажкой.
И из этой автобусной штуки выдвигается трап. Металлический, с подсветкой, ведущий прямо в небо. Эстетика. И выходит… профессор Золотов. Тот самый, который у них на кафедре. Точнее, его точная копия. Те же мощные плечи, те же очки с линзами-лупами. Только вместо потрёпанного пиджака — серебристый комбинезон с нашивкой «Отдел нестандартных педагогических воздействий». И глаза у него — два оптических сенсора, голографически имитирующие зрачки. А под ними — ни-че-го. Пустота. Как у нашей налоговой инспекции, только с математическим уклоном. Профессор Золотов — он же андроид, он же баг в системе
