I
Виктор Михайлович Светлаков поправил очки и взглянул на календарь. Тридцать первое декабря. Самый ответственный день в году для единственного сотрудника «Бюро утраченных мелочей» при Департаменте эмоционального благополучия граждан.
– Восемнадцать тысяч четыреста двенадцать единиц, – пробормотал он, перелистывая картотеку. – И это только зарегистрированные потери.
В углу кабинета тихо гудел старенький компьютер «Эмоция-98», на котором хранилась база данных утраченного за год. Каждая карточка содержала подробное описание: «Радость от найденной в кармане старого пальто двадцатирублевой купюры. Утрачена 15 марта в 14:32, гражданин Петров А.И., улица Солнечная, 12, кв. 8». Или: «Умиротворение от наблюдения за падающим снегом. Потеряно 7 ноября в 19:15, гражданка Сидорова М.П., переулок Тихий, 3а».
Виктор Михайлович знал свое дело. Двадцать лет он собирал, классифицировал и готовил к возврату те крошечные радости, которые люди теряли в повседневной суете. Согласно Положению № 1247/Б «О порядке обращения с утраченными эмоциональными ценностями», все накопленные за год мелочи должны быть возвращены владельцам до наступления Нового года. Иначе они окончательно растворятся в небытии.
– Компьютер, запустить процедуру сортировки по географическому принципу, – скомандовал Виктор Михайлович.
Машина загудела сильнее, экран мигнул, и вдруг раздался треск. Запахло горелой пластмассой.
– Ошибка системы! – высветилось на экране. – Критический сбой! Обратитесь к системному администратору!
– Какой системный администратор! – возмутился Виктор Михайлович. – Я же один тут работаю!
В этот момент пол под ногами едва заметно дрогнул. Виктор Михайлович, обладавший повышенной чувствительностью к вибрациям (профессиональное качество: утраченные мелочи часто прячутся в самых незаметных колебаниях реальности), мгновенно почувствовал подземные толчки.
– Землетрясение! – ахнул он.
Толчок был слабым – всего два балла по шкале Рихтера. Обычные люди его даже не заметили. Но картотека Виктора Михайловича, расположенная на самой верхней полке старого шкафа, пришла в движение. Ящики один за другим выпадали на пол, рассыпая тысячи карточек.
– Караул! – завопил Виктор Михайлович, бросаясь собирать бумажки. – Двадцать лет систематизации!
Карточки смешались в причудливом хаосе. «Вкус утреннего кофе в постель» перепуталась с «Радостью от встречи со школьным другом», а «Наслаждение от хруста первого снега под ногами» затерялась между «Умением не обижаться на глупые замечания» и «Способностью засыпать под звуки дождя».
