Ужас пришел в маленький, глухой поселок, затерянный в таежных лесах, неожиданно — тихим, незваным гостем.
Мальчик и девочка шли по железнодорожным путям, неуклюже перешагивая с шпалы на шпалу. Мальчик привычно чертыхнулся, запнувшись об очередной темно-коричневый брус, пропитанный креозотом. Откуда он знал это название? От старшего брата, работавшего путевым обходчиком. Обычно брат провожал их до школы в соседнюю деревню (их поселок был настолько мал, что у них не было своей школы, как и детского сада или поликлиники), но сегодня все было иначе. За ночь в их поселке пропало из своих домов три человека, и все взрослые сейчас были в тайге на спасательной операции. Ему же строго велели идти в школу, да еще поручили отвести туда Машку, соседскую девочку-второклассницу. Он был одновременно горд и раздражен. Ему впервые доверили самостоятельно дойти до школы, как взрослому, но, с другой стороны, все его одноклассники сейчас были в тайге, прочесывали лес, а его, как маленького, отправили в школу. Вот он и не мог решить, злиться ему или выпятить губу от гордости. Держа девочку за руку, он перепрыгнул с шпалы на шпалу. Многие думают, что шпалы специально укладывают так, чтобы по ним неудобно было ходить, на расстояние, которое не соответствует средней длине человеческого шага. Максим знал, что это полная чушь. Шпалы укладывали так в первую очередь, чтобы равномерно распределить вес рельсов для обеспечения безопасного движения состава, но не иначе. Мальчик задумчиво бросил взгляд на сплошную стену леса и невольно вздрогнул, сбившись с шага. Окружающая действительность растворилась вместе с железной дорогой и лесом, и Максим на мгновение четко увидел черную фигуру, укутанную в плащ, у старой покосившейся избушки. Он знал эту охотничью избушку, как и все мальчишки его поселка. Они не раз бегали к ней играть, хоть это и было под строжайшим запретом. И он, как никто другой, знал, что до нее было очень далеко, километров десять, если не больше. И он никак не мог ее видеть, как и зловещую фигуру в черном… Но он видел. На долю секунды жесткий, пронзительный взгляд приковал его. Кто бы ни стоял сейчас у избушки, казалось, он смотрел на мальчика в упор, как будто их не разделяло уйма километров непроходимого леса. Словно он был на расстоянии вытянутой руки…
Его дернули за руку, и видение растаяло так же быстро, как и накатило.
— Я хочу в туалет, — неожиданно заявила Машка.
