Пролог.
Светало. Остро пахло сыростью и прелыми листьями. Лес застыл, погруженный в себя. И вдруг его сонную тишину разрезал пронзительный женский крик.
Задремавшая в ельнике старая волчица насторожилась и, втянув носом воздух, потрусила на опушку. Было время, когда она панически боялась людей. Потом страх уступил место осторожности, а теперь и ее не осталось. Более того, в ее волчьей душе росло убеждение, что лишь человек способен подарить ей свободу, избавив от дряхлого, немощного тела.
Крик повторился, заставив волчицу двигаться быстрее. Бока ее заходили ходуном, воздух из грудной клетки вырывался с протяжным свистом. Поднявшись по склону оврага, она юркнула в кусты и осторожно выглянула.
По покрытой листьями земле елозила человеческая самка. Одна. Лицо ее, искаженное страданием, и специфический запах позволили волчице сделать вывод: женщина рожала.
Волчица вспомнила, как лежала под старой корягой, тоненько воя. Когда боль становилась невыносимой, скалила зубы и рычала. Как давно это было! Потом были и другие роды, но те, первые, запомнились на всю жизнь…
Женщина способна понять другую женщину, будь одна из них и покрыта шерстью – волчица с состраданием следила за мучениями роженицы.
Постепенно крики ее становились реже, затем сменились неясным бормотанием. Волчица насторожилась: что-то у человеческой самки пошло не так. Она заметалась в укрытии, осознавая свою беспомощность.
Внезапно тело женщины выгнулось дугой, из груди ее исторгся нечеловеческий вопль, а вслед за ним раздался забористый плач ребенка. Родила…
Волчица успокоилась, но спустя мгновения шерсть ее встала дыбом, и она затряслась от страха.
Ребенок настойчиво требовал внимания, но женщина, подарившая ему жизнь, была мертва…
Волчица подобралась ближе, села и тоскливо завыла…
Глава № 1.
Сбросив оковы зимы, город с жадностью вбирал солнце: сверкал лужами, звенел ручьями, щурился подобревшими лицами прохожих.
Катя перевела взгляд на сосульку, на конце которой собиралась тугая радужная капля. Дзинь… Капля устремилась навстречу заполошенно чирикающим воробьям и ликующим детским крикам. Девушка отвернулась к стене.
Сколько людей водило взглядом по белой гладкой поверхности, пытаясь найти ответы на непростые жизненные вопросы, а то и просто скрыть отчаяние… Интересно, кому пришло в голову выкрасить здесь стены в белый цвет? А, может, так задумано специально: безликий мир легче покидать?
