ГЛАВА 1. Крылатый
У каждого есть предназначение, и Лите тут повезло — свое она знала с детства. Она словно плыла по течению теплой и чистой реки, но лодочка ее жизни вдруг попала в стремнину. И сейчас, стоя с сестрами в тронном зале, Лита испытывала непривычное для себя желание вмешаться в ход событий.
— Немыслимо! — возмущался король. — Куда смотрела охрана? Во дворец проник обычный бродяга!
Мужчина не был обычным, Лита это понимала. Высокий и плечистый, он стоял на коленях, опустив голову. При задержании незнакомец отчаянно сопротивлялся, и его черный плащ превратился в лохмотья, сквозь которые проглядывала белая кожа и красная кровь. Узкое лицо с острыми скулами, тонкий нос с горбинкой, глаза светло-серые, а волосы, рассыпавшиеся по плечам, угольно-черные — приметная внешность. Но что действительно имело значение, так это его тень, разлившаяся вокруг чужака густым чернильным пятном. Такую тень не отбрасывает обычный человек.
— Ваше золотейшество, — сказал капитан охраны, залитый вишневым румянцем. Его репутации был нанесен неизгладимый урон, и все понимали — он рискует и местом, и жизнью. — У него перья.
Он сдернул изодранный плащ, оголяя спину мужчины, и черные перья встопорщились на широких плечах.
Сестры загалдели точно стая сорок. Крылатые были редкостью. Говорили, они умеют повелевать птицами, ходить тенями, видеть драгоценные камни под землей. И вот один из крылатых зачем-то пробрался в королевский дворец, вошел на девичью половину, а там…
— Кем бы он ни был, он подсматривал за моей бесценной дочерью, — отрезал король, и Лита покраснела от стыда.
— Не так уж много он увидел, — небрежно бросила она, а незнакомец поднял голову, нашел Литу взглядом и так усмехнулся, что ее лицо вспыхнуло еще сильнее.
Удивительно, но он, кажется, совсем не боялся. Его руки сковали цепями, на него наставили с десяток мечей, но незнакомец не испытывал страха.
Вот Эргес Борригас, капитан охраны, был в ужасе: капли пота стекали по его пунцовому лицу и шее, и воротник голубой рубашки потемнел до синего. Стража разумно опасалась чужака, и несколько мечей вдавливались в его спину слишком сильно, впиваясь в кожу.
Лите тоже было страшно. Она боялась, что мужчину казнят, и его серые глаза навеки закроются. Она не хотела видеть его смерть.
— Казнить.
Приговор прозвучал, и Лита выступила вперед, сама того не ожидая.
— Дорогой отец, — произнесла она. — Позвольте сказать.
— Да, дитя, — ласково кивнул отец.
— Вы обещали мне подарок ко дню рождения. Все, что я пожелаю. Я хочу его жизнь, — попросила Лита, умоляюще глядя на короля.
