– Ох, Валя, пропал Селезневский дом, – со вздохом сказала моя соседка Зоя Марковна, входя ко мне в квартиру с коробочкой печенья.
Мы обе подняли головы и посмотрели на потолок. Тот вел себя не совсем сообразно потолкам в обычных домах. Люстра покачивались, и моя кошка Дуся с азартом следила с компьютерного стола за ожившими хрустальными висюльками. Грохотала музыка. Время от времени слышались звуки, словно кто-то бросал на пол что-то тяжелое. Бух-бах. Бум-бум-бум… А я-то думала, у нас звукоизоляция, как в бункере. Очевидно, ошибалась.
– Что там у них сегодня? – пробормотала Зоя. – Концерт? Дискотека?
– Понятия не имею, – вздохнула я. – Стучала, колотила – не открыли. Еще и обругали… матерно, через дверь. Женский голос такой… кажется. Цитировать не буду. Не для наших с тобой нежных девичьих ушей.
– А, ты ж не знаешь ничего. Пока ты в санатории была, въехали… эти. Марьи Петровны племянница и ее ухажер, – сообщила с грустью соседка. – Не муж, точно скажу. Вера Семеновна из соседнего подъезда с Марьей Петровной дружила и все о них знает. Померла Марья Петровна, а квартира досталась… этой. Уходит старое поколение, а приходят… бочки с жиром.
Теперь я поняла, кого рано утром видела из окна кухни. Ночью выпал снег, и каждый звук разносился в морозном воздухе с особенной чёткостью.
Я услышала забористый мат и выглянула в окно: двор укрыло пушистым одеялом, фонари светили ярко. Низенькая, но очень полная особа в малиновом пуховике тащила за собой девочку со школьным рюкзаком на спине. Я еще удивилась. В нашем подъезде я знала всех.
На свежем насте отчётливо виднелись следы. Девочка семенила за матерью, стараясь не отставать. Отпечатки женщины были широкими, разлапистыми, будто их обладательница не шла, а переваливалась с ноги на ногу. Вот, значит, кто это был.
– Ну зачем ты так, – тем не менее попеняла я подруге. – Может, у нее диабет? Или какое-то другое заболевание.
– В этом даже не сомневаюсь, – кивнула Зоя, раскладывая печенье на блюде. – Что какое другое. Или пара десятков других. Днем встретила ее… эту… Ангелину на лестнице. Хоть бы поздоровалась. Пакет прозрачный, а в нем чипсы, сухарики, батончики шоколадные, литровая пачка майонеза, мороженая картошка фри и магазинные котлеты. И вино, правда, марку не разобрала. И это с таким весом. Лицо красное. Глаза выпученные.
Н-да, Зоя всегда была зоркой. А я бы и внимания не обратила, что там соседи в пакетах носят.
Мы как всегда собрались на субботнее чаепитие. Обычно они проходили тихо, в разговорах, обсуждениях книг и сериалов.
