— Энди… твои серебряные стрелы, — прошептал Тони, его голос едва слышался, а веки дрожали, но взгляд был прикован к лицу старшего брата. Казалось, в этот момент Тони видел только Энди, хотя вокруг кровати столпились ещё пятеро. Все были рядом, но пробудившийся Тони заметил лишь его.
Услышав первые слова брата, Энди замер. Глаза его расширились, а челюсть, казалось, вот-вот отвиснет. В этот момент мне захотелось немедленно вернуть её на место и хорошенько отчитать Диану, чтобы в следующий раз она не просто вставляла Энди челюсть, а намертво её бетонировала.
— Ох, мой мальчик, ты только что очнулся, а уже вспоминаешь какие-то стрелы… — воскликнула мама, бросаясь к Тони в объятия.
Но объятия матери не произвели на Тони никакого впечатления. Он, словно заворожённый, продолжал смотреть на Энди, не реагируя на другие звуки.
— Так это ты их взял? — опешил Энди. — На кой черт тебе понадобились мои стрелы? — недоумевал он.
Лицо Энди побагровело от возмущения. С суровой серьезностью, присущей ему в такие моменты, он вцепился в спинку кровати так, что костяшки пальцев побелели.
— Твои стрелы никуда не денутся! — вмешался папа. — Сейчас важнее, что он проснулся… — Отец с отеческой добротой посмотрел на Тони.
— Они нужны мне… мне… не… — Тони зациклился, словно заезженная пластинка. В его голове, казалось, бушевали мысли, не способные договориться, какая фраза должна прозвучать первой. Его слова напоминали бред пьяного: он бормотал что-то себе под нос, а взгляд начал блуждать.
Мама не на шутку перепугалась, схватившись за сердце. Аппарат сердцебиения истошно завопил, заставив нас подпрыгнуть. От этого пронзительного воя и писка, разрывающего барабанные перепонки, к моему горлу подступила паника. Я не могла оторвать взгляд от Тони, пытаясь понять, что с ним происходит. Одновременно хотелось помочь ему и заткнуть этот вопящий аппарат. Мама была готова бить Тони по щекам, лишь бы он пришёл в себя и перестал нести бред, сводящий всех с ума.
В палату ворвался главный целитель. Растолкав всех, он склонился над больным. Даже Белый колпак показался в дверях, пристально глядя на нас сквозь толстые линзы очков. Доктор придержал голову Тони и посветил фонариком ему в глаза. По его лицу стало ясно: что-то идёт не так.
— Вывести всех из палаты! — рявкнул он.
— Я его мать! — вскрикнула мама. — Немедленно объясните, что происходит!
— Я сказал всем выйти! — Угрожающий тон целителя мгновенно привёл всех в движение.
