Обитатели этого места поспешили поприветствовать нежданного гостя в своих владениях и, появившись из ниоткуда, бросились ему навстречу, но парень не дрогнул при виде жутких хозяев. Он словно знал наперед, кого мог здесь повстречать. У меня же при виде летающих теней, обрамленных несуразными человекоподобными силуэтами, пробежали мурашки по спине. Они почти не касались земли, паря в паре сантиметрах над снегом, у их лиц не было никаких очертаний, кроме двух мерцающих белизной глаз, которые словно фонари освещали им путь, и огромного угловатого рта, который больше походил на охотничьи капканы. Через эти уродливые прорези можно было посмотреть насквозь через чудовищ, как будто рот им был нужен отнюдь не для еды, а служил лишь одной цели – изранить врага, замучив до самой смерти. Этой же цели, скорее всего, были отданы и лезвие-образные длинные пальцы теней на руках и ногах, которыми они зловеще позвякивали, изучая приползшую к ним добычу. Но, кажется, путник не представлял для хозяев никакой угрозы, ни один из них не спешил нападать на него. Они лишь облетали его по кругу, словно поторапливая и подбадривая скорее закончить свой путь.
А след из крови становился все ярче, дыхание странника окончательно сбилось, и он припал к земле, помогая издыхающему телу карабкаться через снежные буераки теперь уже и собственными руками. Он не сдавался, даже когда отключился на долю секунды, прорыхлив лицом слегка обледенелую вершину одного из сугробов. Тонкий лед умудрился порезать его щеку и задеть кончик носа, но и это сейчас для него не имело абсолютно никакого значения. Перед ним стояла цель, и он должен был достигнуть ее во что бы то ни стало!
Но он снова упал. На этот раз рухнув всем телом, утопая в холодном снегу. Его последние слабые вздохи лишь слегка растапливали холодную постель возле носа. Одна из теней приблизилась к парню вплотную и потянула за капюшон его мантии, дабы привлечь его внимание. Глаза умирающего на миг прояснились разумом, проследив за рукой чудовища, указывающей на храм, до которого ему оставалось совсем немного. Но веки вдруг стали непомерно тяжелыми и медленно опустились, закрывая цель занавесом тьмы и покоя.
Чудовище резко изогнулось, прогибая спину назад и поднимая кверху распахнутую пасть, из которой в тот же миг вырвался оглушительный рев, подгоняемый холодным вихрем, и улетающий в высь, пронзая померкшее в закате небо, словно острием разящего копья.
Странник содрогнулся от такой внезапной звуковой атаки и, зажмурившись изо всех сил, после все же распахнул отяжелевшие веки, устремив свой взор к каменным ступеням, ведущим к высоким кованным дверям проклятой обители. Собрав последнюю волю в кулак, он словно змея пытался протолкнуть свое тело вперед. Медленно, но верно он продвигался все ближе и ближе к желаемому месту, пока наконец не смог дотянуться до нижней ступени обмякшей рукой. Вонзив ногти в обледенелый камень, странник издал предсмертный стон и в муках испустил последний дух.