Прошло около двух часов наличия гравитации. Возникали мнимые ощущения, что космонавты находятся в квартире высотного дома в ночном городе. Мария, устроившись в мягком кожаном кресле, потягивала зеленый чай. Евгений сидел за кухонным столиком и просматривал инструкции по дальнейшей эксплуатации высокотехнологичных механизмов. Валентин отслеживал показания электроники и глядел в звездное небо через окно. Проектировщики и инженеры потрудились на славу: отсек космической станции во всех деталях копировал обстановку однокомнатной квартиры. Только шум двигателей, сигналы электронной техники, чувство одиночества и тоска по родной планете, видневшейся внизу, выдавали, что они в четырех сотнях километров от дома.
***
Сколько Валентин простоял так перед толстой стеклянной перегородкой, отделявшей его от безжизненного космоса, сказать было трудно. В ушах звучала спокойная мелодичная музыка, доносившаяся неизвестно откуда. Такое случается с космонавтами. Откуда музыка: с Земли, с окружающей межзвездной среды, из глубин души, или то игры воспаленного мозга – нелегко понять. Мужчина заворожено любовался видом Земли с такой высоты. Соединив кисти за спиной, он мысленно представлял себе, чем занимается сейчас любимая жена, что вытворяет его двухлетний сынишка.
Внезапно его мысли оборвались. Над их станцией проплывало темное пятно. Оно заслоняло собой достаточно большую площадь космического пространства. Приглядевшись, Валентин разглядел очертания, напоминавшие огромный кусок скалы. «Неужто астероид?! Почему не сработала техника?», – брюнет обернулся к коллегам и застыл в изумлении. Мария поджав ноги, обхватив их руками, сидела в кресле, охваченная страхом. Ее широко раскрытые глаза уставились в никуда. Из чашки на полу вытекли остатки недопитого чая. Евгений стоял у опрокинутого столика с искомканной инструкцией в руке. На лице застыла гримаса ужаса. Мужчина стоял в позе, будто готов обороняться, захваченный врасплох.
Неожиданно погас свет, выключилась все электронное оборудование, замолк шум двигателей. Наступили гробовая тишина и непроглядный мрак. Теперь и Валентина захлестнула волна панического страха и чувство безысходности. Напряженное тело не позволяло двигаться. Он пытался обратиться к товарищам, но из этого ничего не вышло. Ни один мускул не повиновался мозгу. Кое-как скосив глаза обратно к стеклу, мужчина обнаружил, что тень, бесшумно проплывшая над ними, исчезла из обзора. Вновь стали видны звезды. Но они практически не освещали отсек вышедшей из строя космической станции.