***
– Марин, ну где он там?
– Кто, Костик?
– Ну!
– А я почём знаю.
– Да на адрес поехал, к этим, Артамоновым.
– У-у… А давно?
– С утра ещё. О, да вот он, лёгок на помине. Тебя старша́я ищет, дуй в кабинет. Давай куртку, я повешу.
– Спасибо, Кать. Анастасия Павловна, вызывали?
– Ну так уж и вызывала, что ты всё как неродной… Конфетку будешь? Зинка “мишек на севере” принесла, коррупционерка этакая.
– Спасибо.
– Чего там у Артамоновых?
– Нормально пока. К ним бабушка приехала, готовит-убирает. Мать шальная, по стенке ходит, но вроде бы трезвая. Урод этот, говорят, больше не объявлялся. У Антона синяков свежих нет: сидит, жёлтого коня рисует. Вот, подарил мне его, полотно в стиле Кандинского. Художником, наверное, будет.
– Ну, дай бог. Ты уж за ними посматривай. Иск на лишение попридержи пока.
– Хорошо.
– И на, держи ещё одних: там документы все, протоколы, освидетельствования… Да закрой, потом у себя прочитаешь, я главное расскажу. Так-с. Назарова Светлана Николаевна, восьмидесятого года рождения, проживает с сожителем и пенсионеркой матерью в квартире последней в Яграх. В законном браке не состоит, детей нет, официально не трудоустроена. Живут, небось, на пенсию бабки, она лежачая, ветеран труда. Что ещё… Долг за коммуналку за триста тысяч перевалил. Газ им уже перекрыли, и слава богу, а то, чего доброго, весь дом спалят. Бухают, конечно, как черти, дебоширят, привод за приводом. Там весь район такой, неблагополучный, сам знаешь, но это прямо мрак какой-то, а не семейка. Притон у них там, что ли… Мужик её – урка бывший, всё как обычно, сидел у нас тут, в ИК-12. Три раза она в больницу из-за него попадала, один – в реанимацию, но заявление писать, видите ли, отказывается. “Упала” да “упала”.
– По какой статье сидел не известно?
– Ой, там мутная история. Служил себе по контракту, служил, а потом из той части двое вчерашних срочников домой не вернулись. По одному не смогли привлечь, осталось самоубийство, а вот по второму уже свидетели нашлись. Доведение. Мучил он их там, в общем. Загляни к мальчикам в ОВД, если хочешь, пускай дело для тебя поднимут.
– Так, подождите. А что значит “детей нет”?
– Да то и значит, что по документам она у нас бездетная мадама. В женской консультации на учёте не состоит, на сохранение тоже не поступала. Да только соседи их, те самые, которые через день на шум и драки ноль два вызывают, неоднократно, понимаешь, сообщали, что слышат из квартиры детский плач. Никто её с пузом притом не видел.
– Это что же, мы ребёнка проморгали, выходит?
– Выходит, как выходит, не трави душу, а? Знаешь, кому по шапке прилетит, если она там окотилась, а мы ни сном, ни духом? Давай, в общем, Кость: ноги в руки и вперёд, на Ягры. Адрес в папке. Ты поосторожней там. И участкового с собой захвати.