– Чего хочет от Отменяющего графиня Иллейн? – спросил Кир.
– Хочу стать вашей ученицей! – заявила девушка, вздернув подбородок, и пристально посмотрела на Роэна: – Вы ведь не откажете мне в столь скромной просьбе?
Просьба вовсе не звучала скромно. Но Кир медленно кивнул. Взгляд у него был какой-то отсутствующий.
Я нахмурился.
– Госпожа графиня, будьте любезны пояснить, что вы сделали с моим помощником?
Девушка посмотрела на меня. Кир вздрогнул и помотал головой.
– Что... – проговорил он.
– Значит, это вы – Ольден Терн? – спросила она, и я вдруг почувствовал, будто меня касается невидимая рука... закрывает глаза. Я видел графиню Иллейн, но как будто сквозь туман. В голове зашумело.
– Вы пытаетесь меня околдовать? – резко осведомился я.
Девушка вздрогнула и отступила. И тут же невидимые руки меня отпустили. А в следующее мгновение Кир оказался между мной и графиней.
– При всем уважении, ваше сиятельство, но я не могу позволить вам причинить вред Отменяющему.
– Да как ты смеешь, обманщик! – фыркнула девушка. – А вы!.. Вам все равно от меня не избавиться! Я буду вашей ученицей, хотите вы того или нет!
Я все еще не понимал, что происходит. Глупость какая-то. Собственно, примерно это я и попытался донести до внезапной гостьи.
– Послушайте, графиня, не знаю, с чего вы взяли, будто я набираю учеников. Вы заблуждаетесь или кто-то намеренно вас обманул. Я никогда не возьмусь никого учить просто потому, что не могу этого сделать.
Девушка смерила меня презрительным взглядом.
– Вижу, приятно быть магом, на которого все надышаться не могут, и все требования которого исполняют по первому требованию. Но кроме корысти что-то же в вас должно быть еще? Если завтра на вас черепица с крыши упадет, кто позаботится о Ладимирре?
Я уставился на гостью, подозревая, что она надо мной просто издевается. Но она негодовала с такой искренностью, что я даже не сразу нашелся, что ответить на обвинения.
И еще я заметил нечто иное: от гостьи исходило едва заметное сияние, ее окутывала какая-то дымка, из-за которой иногда мне казалось, что образ графини двоится и теряет четкость очертаний. Я потер виски.
Нет...
Не может быть. С какой стати возвращаться кошмарам? Но головная боль, которую я так боялся, не возникла из небытия. Да и видение пропало.
Графиня Иллейн явно обладала магическим даром, значит, все дело в нем.
– Присядьте, графиня, – предложил я со вздохом, понимая, что держать девушку на пороге и дальше – верх неприличия, граничащий со скандалом. В конце концов, она аристократка... я тоже, но об этом до сих пор приходится себе напоминать.