Мужчины с тревогой ждали. К счастью, промедление было недолгим, и собравшееся на бедрах одеяние сползло. Несколько мгновений демонстрировала посетителям аппетитные аккуратные упругие бедра. Потом развернулась, продемонстрировав себя с лучшей стороны: упругие груди с набухшими сосками, плоский живот, и подчеркнутая изящными изгибами тонкая талия – все это бросилось в глаза зрителям мгновенно. У них появилась возможность оценить красоту танцовщицы сразу. А Кошечка, словно бы нарочно, стояла, лишь лаская себя. Немногие в этот момент обратили внимание на лицо, прикрытое маской. Оно скрывало ровно половину ее лица. Половину, которая интересовала большинство зрителей, в том числе Хантера, тщательно скрывала маска. Половину, смотреть на которую не запрещалось, нелегко было оценить с первого взгляда. Ведь, чтобы оценить красоту глаз, требуется значительно больше времени.
Хантер, должно быть, только один смотрел в эти глаза. Удивительные, карие, с густыми черными ресницами. Над ними – такие же манящие дуги бровей. Они притягивали взгляд, завораживали. А интригующая маска привлекала внимание еще больше. Сколько же пробуждала она невероятных фантазий и образов? Но, какими бы яркими они ни были, с встречей вживую не сравняться ни за что. И пусть сейчас так и было – он видел настоящую танцовщицу, видел, и восхищался. Но тело и душа хотели большего.
Пока Хантер разглядывал танцовщицу, выступление закончилось. Но на этот раз, вместо того, чтобы вернуться на постоялый двор, он устроился за свободный столик поближе к сцене, и ждал. Пока в заведении ярко горели огни, пока под его уютной крышей развлекались суровые мужчины, никто не мог запретить ему здесь сидеть. Он сидел, надеясь, что удивительная кошечка появится на сцене вновь, чтобы продемонстрировать зрителям новый танец. Просил подходящих к нему служительниц принести поесть только для того, чтобы они позволили ему продолжать сидеть здесь. Хмельные напитки появлялись на его столе по той же причине. Должно быть, поэтому он не поднимал посетителю настроение, и не отвлекал от назойливых мыслей, плотно засевших в его голове. В другое время наемник был бы им только рад, но только не сейчас. Сейчас ему хотелось как можно скорее прогнать из головы этот манящий соблазнительный образ. Но он слишком плотно засел в голове. Хантер сидел до тех пор, пока сами служители развлекательного заведения не попросили его уйти.