Пролог
12 ноября 1865 года
«Здравствуй, мама. У меня хорошая весть! Мечта сбылась: я теперь работаю в центре Манхэттена. Работа мне нравится. Приезжай в гости, а лучше — переезжай. Целую, твоя Эдит.»
21 ноября 1865 г.
«Кэсси, прости меня. Я виноват, и это не прощается так просто. Можно описать всё в письме, но я хочу встречи. Давай поговорим? Если готова, жди меня у второго причала в Уилмингтоне, я буду там следующим рейсом. Любящий тебя Бобби.»
28 ноября 1865 г.
«Мам, пап, как вы там? Я свожу концы с концами, но зато там, где мечтала быть. Я знаю, что всё временно, что все трудности лишь пыль — перед большой целью. Я встретила знакомую — она так выросла, а я будто во сне бегу на месте к своей мечте. Но мне нравится работа, и я, кажется, влюбилась. Счастье так близко... Мама, папа, спасибо за всё!»
3 декабря 1865 года
«Милый Джон! У тебя родился сын. Скорее возвращайся, я не могу всё это выдержать одна. Кажется, он во сне улыбается. Твоя Мэри.»
Глава 1. Ложные надежды
9 декабря 1865 года, 22:07.
Корабль «Сириус» шёл почтовым рейсом из Нью-Йорка в Уилмингтон. Сотни писем — к своим адресатам.
Деревянный корпус корабля выкрашен в чёрный, а палубы — в белый. «Сириус» буквально блестел от новой краски. Над палубой возвышались стальные мачты с реями для косых парусов. А на корме — переливалось золотом имя «Sirius».
На борту в нумерованных, деревянных креслах сидели люди, укутавшись в пледы. Солёный ветер разносил ароматы книг и запах пищи по палубе. Тишина смешивалась с шелестом газет.
Эндрю Блэквуд стоял у штурвала. Ещё восемнадцать лет назад он мечтал уходить в море, а сегодня он думал о том, как сильно хотел домой. Капитан всё поправлял парусиновые брюки и кутался в бушлат — одежда стала ему велика.
Чуть поодаль, у грузового люка, матрос в простой рубахе и парусиновых брюках — с медной серьгой в ухе — проверял крепление брезента, под которым в трюме лежали сотни почтовых мешков.
Ванесса — милая старушка — бродила по борту в поисках сиамской кошки: «Лили, иди ко мне!» — и у камбуза послышалось жалобное «мяу».
Мальчик лет пяти сидел на корточках за бочкой с солониной, ждал, пока его найдёт мама.
К капитану подошёл помощник с двумя кружками, излучавшими аромат крепкого чая. Одну вежливо протянул.
— Чаю?
— Чаю и домой, — Эндрю благодарно улыбнулся.
Приближались сумерки. Капитан стоял у штурвала, смотрел вдаль, потирал глаза. Что это? Туман?
— Сбавить ход!
Корабль стал двигаться медленнее. Наступила тишина. Волны были тихими как никогда — полный штиль. Корабль медленно входил в туман.
