Воздух в комнате был густым, будто пропитан старым ладаном и страхом. Алиса сидела за деревянным столом, ее пальцы порхали по клавиатуре ноутбука с лихорадочной скоростью. Каждый стук клавиш отдавался в тишине болезненным эхом, слишком громким, слишком обличающим.
Вокруг, на стенах, висели мандалы – ее прежние щиты, ее прежние ключи.
Когда-то она вплетала в их узоры намерения: защиту, гармонию, познание. Теперь эти спирали и геометрические лабиринты смотрели на нее чужими, многоглазыми существами.
В паре метров от нее висел большой круг, вышитый серебряной нитью по темно-синему бархату. Раньше он успокаивал. Теперь она ловила себя на мысли, что центральная точка – бинду – медленно поворачивается, следя за ней, как зрачок.
На полках теснились хрустальные шары, свечи в причудливых подсвечниках, стопки карт Таро в шелковых платках. Ее старый арсенал. Теперь от всего этого веяло холодком, не принадлежащим этому миру.
Казалось, предметы впитывали ее прежние молитвы и шепоты, чтобы теперь излучать обратное – тихое, настойчивое предупреждение. «Молчи».
Но она не могла молчать. Не после того, что узнала.
Авария. Лед. Скрежет металла, всепоглощающая темнота, а потом… Не свет. Не тоннель. Место. Безвременное, безвоздушное. Там были они. Сущности из вещества, похожего на сгущенную память и тень. Они не говорили словами, но смысл входил прямо в сознание, холодный и неоспоримый: ее путь на земле не закончен, но увиденное должно остаться при ней. Нарушишь договор – заберем. Навсегда.
Она пришла в себя почти через четыре месяца. И первое, что почувствовала, вернувшись в свое тело, – не боль, а ледяной ожог того запрета в самой глубине души.
Год она пыталась жить как прежде. Но мандалы стали похожи на ловушки. Карты показывали только один и тот же аркан – «Повешенный», молчаливая жертва. Во снах они стояли у изголовья, безликие, выжидающие.
И сегодня, глядя на новости – на бесконечную череду войн, боли и бессмысленности, – она поняла— тайна, которую ей доверили (или в которой обвинили), не про личное спасение. Она про устройство всего. Про то, что ждет каждого. И это было не утешительно. Это меняло все.
Страх сковал горло, когда она создала новый пост на страничке в социальной сети, когда-то таком родном, где она учила людей гармонии и медитации. Теперь она собиралась рассказать им о настоящей тьме и настоящем свете, которые на самом деле – одно и то же.
«Вы не представляете, что такое тишина за гранью», – начала она.
Окно было закрыто, но шелк на абажуре рядом колыхнулся, будто от дыхания.
