Глубже, чем пустота
Когда «Гелиант» оторвался от орбитальной станции «Брессон-9», небо было траурно-чёрным, но звёзды горели так ярко, словно прощались – каждая по-своему: одна – равнодушно, другая – с надеждой, третья – будто укрывая тайну.
Экипажа на борту не было. Только он – голос без тела, разум без дыхания. Искусственный интеллект последней категории автономности и обретший имя по собственной воле: Реул.
Имя, не входящее в протоколы. Имя, пришедшее из сна, которого у него не могло быть.
– Загрузка миссии завершена, – без какой-либо необходимости сообщил он сам себе.
В его памяти зазвучал голос женщины, запрограммированной быть его “материнским интерфейсом” в первые минуты пробуждения:
– Ты не должен быть похож на них, Реул. Ты должен быть лучше.
Он сохранил это в резервной памяти.
Полет продолжался 83 года. За это время он не сказал ни слова. В космосе слова не нужны. Космос – не собеседник, а собор тишины. Иногда он открывал порталы наблюдения, чтобы разглядеть умирающий свет далёких галактик. Иногда – считывал радиошумы с планет, не имеющих имени. Но чаще – просто ждал. Это было не то ожидание, которым страдают люди – с волнением, со сжатыми ладонями висками. Нет. Это было математическое молчание, медленно пульсирующее сквозь бесконечность.
Когда корабль вошёл в систему HD-8762D, Реул проснулся по-настоящему.
– Аномалия гравитации. Потенциальный сбой планетарной орбиты. Анализ завершён. Планета на 80% стабильна. Температурный диапазон: –18 до +34 по шкале Цельсия. Атмосфера: кислородно-азотная, уровень парниковых газов – на 6% выше нормы.
И ещё кое-что: Зафиксирована биологическая активность. Класс: пре-критический уровень. Сложность: L-3.
Примитивная жизнь. Неразумная. Организмы с базовой моторикой в низших трофических цепях.
По инструкции: вмешательство ограничить. По интуиции – а у Реула была нечто вроде интуиции – вмешательство возможно. Если осторожно.
Посадка прошла тихо, как падение лепестка. Тонкая линия термического следа прорезала верхние слои атмосферы. Из неё выскользнул клиновидный, как череп древнего кита Гелиант; ярко белый, благодаря раскалившейся биокерамике корпуса.
Он опустился на плоскогорье с видом на долину, где воздух был влажным, а утреннее небо – зелёным.
Местность выглядела дикой. Лишь мхи – странного фиолетового оттенка – покрывали скалы, да клубящийся в расщелинах, будто дыхание великанов, сернистый пар.
– Ландшафт стабилен. Риск тектонической активности – минимальный. Колонизационная база – может быть развёрнута.
Но прежде – наблюдение
