Метель разбушевалась с такой яростью, будто с неба обрушилась целая лавина. Снежные хлопья бились о стекло с глухим шлепком, залепляя его за доли секунды. Дворники метались из стороны в сторону, едва успевая расчищать узкие дрожащие полукруги, на месте которых тут же вырастала новая непроглядная безнадёжность.
— Сбавь скорость, — голос пассажирки сорвался на хрип, она вцепилась в сидение. — Ничего же не видно!
— Расслабься, — сквозь зубы процедил водитель, даже не повернув головы.
Его руки лишь плотнее сжали руль. Двигатель взревел, подчиняясь резкому нажатию педали газа, колесо зацепило снежный валик у разделительной полосы — и автомобиль повело, закрутило в ледяной пляске.
— Держи! — успела выкрикнуть девушка, прежде чем их выбросило на встречную полосу.
Яркий, ослепляющий свет фар, визг тормозов, жуткий металлический скрежет — и страшный удар, словно гигантский молот, обрушился ей в грудь. Дворники замерли на середине лобового стекла.
Тишина. София открыла глаза. Она парила в нескольких метрах над землёй. Внизу к искорёженному автомобилю уже спешили люди: кто-то кричал в телефон, кто-то выламывал дверь монтировкой. Подъехала «скорая». Вскоре София заметила знакомое лицо — своё собственное, залитое кровью. Тело вытащили, как тряпичную куклу, с вывернутой рукой и аккуратно уложили на носилки. Рядом замер её парень, бледный как мел, он пытался что-то объяснить медикам, держась за бок.
Паника сжала горло ледяными тисками.
— Я... умерла? — беззвучно произнесла она, глядя на своё искалеченное тело.
— Не совсем, — последовал неожиданный ответ.
София последовала взглядом за голосом. На крыше разбитого автомобиля сидел огромный орёл. Его перья отливали золотом в свете фар, а в глубине глаз вместо зрачков полыхали молнии.
— Ты на грани, дочь человеческая, — произнёс он. — Но я дам тебе выбор.
— Кто вы?
— Зевс.
— Кто? — выдохнула София, не в силах поверить в происходящее.
— Зевс, — повторила птица. — Через несколько минут ты умрёшь, но я могу вернуть тебя в это тело. Ты сможешь продолжить жизнь, что была у тебя, если согласишься на моё предложение.
— Соглашусь на что? — София всхлипнула беззвучно, без слёз.
— Я открою дверь между мирами. Ты отправишься в Романсорию. Получишь новое тело, новую жизнь и время, которого тебе никогда не хватало там, внизу.
Он кивнул туда, где под вой сирены «скорая» рванула с места, унося её в метель. София смотрела вслед красным огням, и на дне застывшей души вдруг вспыхнула ярость: «Нет! Она не может просто исчезнуть! Не может оставить родных с её изуродованным трупом в морге».
