Пролог: Меню
Император Саар-Векш прибыл на Землю.
Весь Новый Эдем замер. По стериально-чистым улицам струился ароматизированный воздух с нотками ванили и бергамота – чтобы граждане пребывали в состоянии легкой эйфории, оптимальной для созревания вкусовых рецепторов. С неба, заменяющего настоящий купол, сыпались искусственные хлопья сахарной пудры – символ чистоты и готовности.
Десятилетняя Мира смотрела на церемонию через старомодный экран в своей комнате для вызревания. Она еще не прошла полный курс маринования – детям до двенадцати лет не разрешалось присутствовать на публичных трапезах, чтобы не травмировать нежную психику и не испортить ферментацию страхом.
– Мама, а ему больно? – спросила Мира, глядя, как Император вонзает длинный коготь в грудь Идеального Блюда года – мужчины с идеальной мраморной мускулатурой и глазами, полными экстатического счастья.
– Больно? – мать Миры, женщина с безупречным рейтингом сладости 98.4 умая, погладила дочь по голове. – Глупенькая. Это же величайшее счастье. Его съедает сам Император! Его молекулы станут частью великого существа. Разве может быть судьба прекраснее?
Мужчина на экране улыбался, пока коготь входил в его плоть. Изо рта у него текла струйка крови, но он продолжал улыбаться. Операторы брали крупный план – глаза, полные слез благодарности.
– Смотри, – мать прижала дочь к себе. – Запомни этот миг. Когда-нибудь ты тоже сможешь стать такой же вкусной.
Мира смотрела. И впервые в жизни почувствовала запах, которого не должно было быть в стерильной комнате. Запах гари. Горелого мяса.
Она не знала тогда, что это был всего лишь сбой ароматизатора. Или что этот запах останется с ней навсегда.
Глава 1. Утренняя медитация
Айан Сол проснулся в 5:47 утра, как и последние пять лет. Спать дольше было нельзя – утренний кортизол поднимался после шести, придавая мясу горьковатый привкус, который диетологи называли «утренней терпкостью». Некоторые гурманы из ящеров любили эту нотку, но Айан готовился к Высшей Категории, где требовалась абсолютная нейтральная сладость.
Он встал с постели из гипоаллергенного материала и подошел к зеркалу во всю стену. На него смотрел идеальный образец.
Кожа – ни одного прыща, ни одной родинки, ни одной веснушки. Веснушки считались дефектом маринования, их выжигали лазером еще в детстве. Мускулатура – рельефная, но не пересушенная: оптимальное соотношение мышц и жира 73:27, как предписывал стандарт «Филе-минимум». Глаза – ясные, голубые, с идеальным белком без единой лопнувшей капиллярки.
Айан провел рукой по животу. Кожа была гладкой, как у младенца – все волосы на теле удалены еще в пубертате, чтобы не портить текстуру. Он глубоко вдохнул, прислушиваясь к запаху своего тела.
