Лето никак не могло вступить в свои права. Вроде бы и установилась хорошая, тёплая погода, но к вечеру внезапно подул сильный ветер, нагнав рваные, грязные тучи и полил дождь, сбив летнюю жару. На улице сразу сделалось как-то неуютно: мокро и холодно, как поздней осенью.
Олег поглядел на капли дождя, ручейками стекавшие по оконному стеклу и потом снова уставился в свой компьютер. Он не любил дежурства. И хотя отработал в полиции уже больше десяти лет, но дежурства так и оставались для него самым нелюбимым из всего, что приходилось делать на оперативной работе. А работы у оперативника было хоть отбавляй. Как говорится он и швец, и жнец и на дуде игрец. Впрочем, как и у остальных служб. Возьмём для примера оперативного дежурного. Так он сутки мокрый сидит, как в бане: одни телефонные звонки чего стоят. А ведь кроме звонков ещё нарядами руководить надо, кого вооружить, у кого, наоборот принять оружие. А разные задержанные! А проверяющие! Нет, работы у всех служб невпроворот. Это только кто не работал в органах и знаком с ними не по лучшим вариантам книг и кинофильмов считает, что в полиции одни лодыри, бездельники и взяточники. Не без этого, конечно, но в целом то не так.
Нет, к вечеру ему уже определённо не работалось. Сказывались усталость он многочисленных выездов на места происшествий в течение дня да внезапно обрушившаяся на город ненастная погода.
Олег выключил компьютер и подошёл к окну, за которым хмуро проглядывали силуэты домов и одиноких прохожих, спешащих побыстрей укрыться в своих тёплых квартирах. В оконном стекле отразилось его лицо: худое, с выпирающими скулами, тонкими губами и приплюснутым носом. Глаза смотрели холодно и пристально. Внешность Олега можно было назвать свирепой, если бы не уши. Эти два лопуха сводили на нет весь героический образ борца с преступностью, и служили насмешками со стороны товарищей. Напрямую, конечно, никто не рисковал критиковать его внешность, всё-таки нрав у Олега был крут, но за глаза посмеивались и даже прозвище придумали – Чебурашка. Впрочем, так его звали и в школе, и в армии, и во время учёбы в институте. Ничего не менялось.
Размышления Олега прервал звонок внутреннего телефона.
«Ну вот, вспомни про дежурного, а он тут как тут, – раздражённо подумал он – сейчас опять куда-нибудь тащиться придётся, в такой дождь».
Но Олег ошибался. Дежурный сообщил, что к нему поднимается очередной заявитель и, слегка понизив голос, добавил, что мужчина весьма странный. В чём «странность» дежурный, впрочем, объяснять не стал, а Олег не стал это выяснять. У него таких странных заявителей через одного было.
