Повесть о свободном времени
Игорь Скакун
В творческом диалоге с нейросетью «МИР»
Роман устроил себе жизнь без лишних хлопот: готовая еда, автоматические платежи, развлечения по рекомендации. Свободного времени становится больше, а вспомнить собственные желания всё труднее. Сломанный отцовский стул и просьба дочери запускают перемены, которых не было в его планах. Ремонт, чужие отказы, забытые обещания и маленькая мастерская заставляют его заново учиться участию. Законченная повесть о цене удобства, внимании к близким и праве самому выбирать, на что потратить свою жизнь.
В пятницу Роман вернулся домой в шесть минут восьмого. Свет в прихожей включился раньше, чем он успел снять обувь. Из кухни потянуло тёплым хлебом: духовка закончила разогревать ужин по сигналу телефона.
Роман любил эту короткую последовательность. Ключ больше не приходилось искать, куртку принимал просторный шкаф, температура была правильной. Он положил телефон на зарядку, умылся и сел за стол. Никаких кастрюль, которые надо отмывать. Никакого решения о том, что приготовить.
В приложении жилого комплекса появился зелёный кружок и надпись: «Вы освободили сегодня 2 часа 17 минут».
Он коснулся кружка. Доставка продуктов — сорок минут. Автоматическая оплата счетов — двадцать. Готовый ужин — пятьдесят пять. Получение посылки консьержем — двадцать две. Роман не понимал, почему посылка оценивалась именно так, но общая цифра ему нравилась. В ней было аккуратное доказательство того, что жизнь устроена разумно.
Когда-то он ел на ходу, стоял в очередях, забывал оплачивать электричество. После развода решил: хватит. Если можно убрать из быта раздражение, надо убрать. Он работал достаточно, чтобы позволить себе тишину.
Под тарелкой лежал буклет про новую подписку. «Пусть всё происходит само». Роман помнил, как засмеялся, когда впервые увидел эти слова. Теперь они казались простым описанием услуги.
Он включил сериал. На середине второй серии заказал десерт. Во время третьей ответил на рабочее сообщение. На четвёртой уже не мог вспомнить имя убитого, хотя его, кажется, произносили весь вечер.
В половине двенадцатого телевизор предложил следующую серию. Роман нажал «продолжить» и тут же поставил на паузу. Зелёный кружок в телефоне всё ещё обещал ему два часа семнадцать минут.
За окном гасли чужие кухни. В отражении стекла он увидел себя: мужчина в хорошей футболке сидит перед двумя светящимися прямоугольниками. На столе осталась ложка с засохшим кремом.
Роман попытался вспомнить, чего хотел в начале вечера. Отдохнуть — это он помнил. А после?
